Пергамент договорная неустойка

Содержание:

Пергамент М. Я. Договорная неустойка и интерес в римском и современном гражданском праве (издание 2-е). — Москва, издание книжного магазина И. К. Голубева под фирмою «Правоведение», типо-литография И. И. Пашкова, 1905 г.

Документ отсутствует в свободном доступе.
Вы можете заказать текст документа и получить его прямо сейчас.

Если вы являетесь пользователем системы ГАРАНТ, то Вы можете открыть этот документ прямо сейчас, или запросить его через Горячую линию в системе.

Пергамент Михаил Яковлевич. Договорная неустойка и интерес в римском и современном гражданском праве (издание 2-е). — Москва, издание книжного магазина И. К. Голубева под фирмою «Правоведение», типо-литография И. И. Пашкова, 1905 г.

© ООО «НПП «ГАРАНТ-СЕРВИС», 2018. Система ГАРАНТ выпускается с 1990 года. Компания «Гарант» и ее партнеры являются участниками Российской ассоциации правовой информации ГАРАНТ.

Предисловие к первому изданию

Настоящее исследование представляет переработку моей книги «Konventionalstrafe und Interesse in ihrem Verhдltniss zu einander», появившейся в печати три года тому назад. Сочувственные отзывы в немецкой критической литературе побудили меня взяться за новое ее издание на русском языке. Это издание оказалось в значительной степени дополненным и измененным сравнительно с первым, немецким. Особенно расширен обзор современных законодательств по трактуемым вопросам: ему в настоящее время уделена целая «часть» книги, причем, естественно, обращено надлежащее внимание и на русское право. Затем, отведено место анализу природы нашего института и его юридической конструкции; далее, рассмотрены моменты интерпелляции и culpae и другие в связи с договорной пеней, включен разбор одной недавно выставленной гипотезы о происхождении неустойки в римском праве, подчеркнута постановка дела de lege ferenda, приняты в соображение указания научной критики и т.д.

Надеюсь, что от компетентного и внимательного читателя не ускользнет равным образом и то обстоятельство, что в своем новом виде работа преследует, между прочим, и цель методологическую: осветить на конкретном примере те приемы и способы, какие вообще должны применяться при исследовании норм римского права как с точки зрения полного уразумения истинного смысла и состава римских определений, так и с точки зрения выяснения их значения для права современного и пользования ими в видах законодательной политики и общей теории гражданского права.

Наконец, еще только два слова. В предисловии ко второму тому своей «Системы» Беккер не без остроумия замечает: «Vorreden pflegen Entschuldigungen zu sein; wer sich frei weiss von aller Schuld, lasse die Hand davon». Эти слова отчасти справедливы и по моему адресу. Моя «вина» заключается в некотором несоответствии между заглавием моей книги и ее содержанием: первое гораздо уже последнего, книга, в сущности, пытается дать ответ на все или почти все мало-мальски серьезные вопросы из области нашего института. В этом легко убедиться хотя бы из только что проведенной параллели между нею и ее немецким образцом. Если же я, тем не менее, решил сохранить прежнее заглавие, то произошло это по особой причине, которую я излагаю ниже.

М.П. Одесса, февраль 1899.

Предисловие ко второму изданию

В настоящее время мною приняты во внимание некоторые законодательства, оставшиеся раньше в стороне, включены позднейшая литература и судебная практика и рассмотрены новые проекты гражданских кодексов, в том числе, прежде всего, проект нашего будущего гражданского уложения.

М.П. Юрьев-Дерпт, апрель 1905.

Часть I.Неустойка и интерес в их взаимном отношении по римскому праву Введение

Из области договора о неустойке по своей важности и, так сказать, центральности выделяется учение о взаимоотношении неустойки и интереса — отношении неустойки к исполнению обязательства, с одной, и затем к вознаграждению за вред и убытки, с другой стороны. Не подлежит сомнению, что первоначально названное учение в римском праве не могло ни возбуждать того внимания, ни пользоваться тем развитием, какие выпали на его долю впоследствии. Объясняется это тем, что первоначально в Древнем Риме не наблюдается, как известно, полной и всесторонней оценки интереса: право той эпохи не было ни достаточно чутким, ни достаточно гибким, чтобы оказаться способным принять в соображение интерес лица в требуемой степени, во всем его объеме. Добровольная неустойка в то время являлась поэтому не только желательным, но нередко и единственным, a вследствие того и необходимым средством обезопасить себя от последствий невыполнения контрагентом принятого им на себя обязательства. Здесь — пока, на этой ступени — значение названного учения и связанных с ним вопросов, естественно, относительно маловажно, подчас минимально. Но неустойка продолжает свое существование и в позднейшем, развитом праве. Мало того, с расширением оборота, с усложнением юридических сделок и гражданских правоотношений, она приобретает особенное, чрезвычайно широкое распространение. С одной стороны, римский index получает ничем почти не стесненную возможность считаться с разнообразными видами и оттенками интереса, ценить как damnum emergens, так и lucrum cessans, как непосредственный, прямой, так и посредственный, косвенный интерес: процессуальные формулы с входившими в них ссылками: «quanti ea res est» или «erit» и «quidquid ob oam rem dare facere oportet» отныне уполномочивают судью поступать подобным образом. А с другой стороны, неустойка по-прежнему и в большей еще даже против прежнего мере — любимейшая фигура римской правовой жизни. Классические юристы преподают сторонам — основательный, по-видимому — совет по возможности прибегать к неустойке:

fr. ult. D. de stipulat, praetoriis (46, 5). Venuleius libro octavo actionum. In eiusmodi stipulationibus, quae «quanti ea res est» promissionem habent, commodius est certam summam comprehendere, quoniam plerumque difficilis probatio est, quanti cuiusque intersit, et ad exiguam summam deducitur.

fr. 137 § 7 D. de V. O. (45, 1). Venuleius libro primo stipulationum. Si ut aliquid fiat stipulemur, et usitatius et elegantius esse Labeo ait sic subici poenam: «si ita factum non erit»: at сum quid ne fiat stipulemur, tune hoc modo: si adversus ea factum erit».

Совет этот повторяется еще императором Юстинианом в его институциях

§ ult. I. de Y. O. (3, 15). Non solum res in stipulatum deduci possunt, sed etiam facta: ut si stipulemur fieri aliquid vel non fieri. et in huiusmodi stipulationibus optimum erit poenam subicere, ne quantitas stipulationis in incerto sit ac necesse sit actori probare, quid eius intersit.

Соответственно только что сказанному, мы в римских источниках — главным образом в дигестах и в кодексе — встречаемся с целым, весьма многочисленным, рядом мест — отрывков, рескриптов, конституций и т. п.,- трактующих о добровольной неустойке. Стороны к ней обращаются по возможности часто и притом одинаково как при строгих stricti iuris, так и при более свободных bonae fidei iudicia. Вот тут-то и обнаруживается вся важность нашего учения, вот когда становятся жгучими вопросы: каково же в самом деле отношение условленной неустойки к интересу? Вправе ли веритель искать и то и другое, или же, быть может, он обязан удовлетвориться одним только: тем или другим,- а в таком случае чем? И как, наконец, быть тогда, когда добровольная неустойка и причиненный невыполнением обязательства вред не одинаковы по своему объему или своей цифре, когда они не покрывают друг друга?

Выяснение этих сейчас намеченных вопросов и ответ на них составляет главнейшую задачу предлагаемого исследования, главнейшую, но не единственную. Выше я упомянул о центральном положении учения о взаимоотношении неустойки и интереса среди области договорной неустойки вообще. Эта центральность служит причиною теснейшей связи нашего учения с другими сторонами того же института. Она посему дает мне возможность, а до известной степени и ставит меня в необходимость затронуть и осветить едва ли не огромное большинство этих сторон. А главное: наше учение является решающим для любопытнейшего в занимающей нас сфере вопроса — вопроса о юридической конструкции добровольной неустойки, о правовой ее природе. Вполне естественно поэтому, уделить и ему достодолжное место. Анализ этого и других вопросов будет, однако, производиться мною лишь попутно, по мере того как в исследовании, указанного раньше, главнейшего, учения из договора о неустойке — отношения ее к интересу — мы подойдем к тому или другому пункту. Срединным, повторяю, и проходящим красною нитью чрез книгу учением должно служить именно это взаимоотношение.

Обращаясь к нему в настоящее время, я сейчас же замечу предварительно, что нам необходимо здесь — во избежание смешения разнородных материй — строго различать и раздельно рассматривать абстрактные обязательства или, иначе стипуляцию, с одной, и материальные обязательства, с другой стороны. Ответ на интересующую нас тему и заключающиеся в ней трудности должен быть отыскан и дан самостоятельно и особо для каждой из означенных двух групп. Только таким путем мы достигнем результатов, действительно соответствующих учению источников, только такое разъединение способно пролить истинный свет на принципы, которыми римские юристы руководились в нашей области. Юристы эти смотрят на отношение неустоичного соглашения к стипуляции — раз, и к материальному договору — два как на два независимых друг от друга, мало в чем соприкасающихся учения. Ближайшее углубление в материал, имеющийся в источниках, убедит нас в этом самым несомненным и красноречивым образом.

Мы сначала будем говорить о неустойке при стипуляции, чтобы затем перейти к неустойке при обязательстве материальном или каузальном *(1).

Пергамент М.Я. Договорная неустойка и интерес. – 2-е изд., пересмотр. и доп. – М.: Изд. кн. магазина И.К. Голубева под фирмою «Правоведение», 1905. – 368 с.

Подцерковний О.П. Грошові зобов’язання господарського характеру: проблеми теорії і практики. – Видання перше. – К.: «Юстініан», 2006. – 424 с.

Подцерковный О.П. Денежные обязательства и расчетные правоотношения в Украине. – Одесса: «Студия «Негоциант», 2005. – 308 с.

Покровский И.А. Основные проблемы гражданского права. Изд. 3-е, стереотип. – М.: “Статут”, 2001. – 354 с.

Попондопуло В.Ф. Динамика обязательственного правоотношения и гражданско-правовая ответственность. Монография. – Владивосток: Изд-во Дальневосточного ун-та, 1985. – 112 с.

Примак В.Д. Цивільно-правова відповідальність юридичних осіб: автореф. дис. канд. юрид. наук: 12.00.03. – К., 2005. – 16 с.

Ромащенко І. Цивільно-правові аспекти відмови від договірного зобов’язання. // Наукові праці цивілістичного студентського гуртка Київського національного університету ім. Тараса Шевченка: Збірник наукових статей магістрів права. Вип. 4 / За ред. Р.А. Майданика. – К.: Алерта, 2009. – С. 163–187.

Саватье Р. Теория обязательств. Юридический и экономический очерк. – М.: Изд-во “Прогресс”, 1972. – 438 с.

Самощенко И.С. Понятие правонарушения по советскому законодательству. – М.: Юрид. лит., 1963. – 286 с.

Самощенко И.С. Правонарушения и юридическая ответственность. – М., 1966. – 32 с.

Синайский В.И. Русское гражданское право. – М.: “Статут”, 2002. – 638 с.

Сулейменов М.К. Ответственность за нарушение сроков исполнения договорных обязательств. – Алма-Ата: «Наука», 1971. – 179 с.

Тарасенко Л.В. Цивільно-правова відповідальність за порушення грошових зобов’язань: Автореф. дис. канд. юрид. наук: 12.00.03; НАН України. Ін-т держави і права ім. В.М.Корецького. — К., 2006. — 20 с.

Тархов В.А. Ответственность по советскому гражданскому праву. – Саратов: Издательство Саратовского государственного университета, 1973. – 456 с.

Ткачук А.Л. Значення вини у відносинах відповідальності за порушення договірних зобов’язань. Автореф. дис. канд. юрид. наук. – К., 2002. – 24 с.

Убытки и практика их возмещения: Сборник статей / Отв. ред. М.А Рожкова. – М.: «Статут», 2006. – 622 с.

Фогельсон Ю.Б. Избранные вопросы общей теории обязательств: Курс лекций. – М.: Юристъ, 2001. – 192 с.

Шаповалова О.І. Проценти у грошових зобов’язаннях (цивілістичні аспекти): Автореф. дис…канд. юрид. наук. – 12.00.03. – Одеса, 2005. – 20 с.

Дата добавления: 2015-09-04 ; просмотров: 189 . Нарушение авторских прав

Договорная неустойка и интерес в римском и современном гражданском праве.

Книга представляет собой репринтное издание 1899 года. Несмотря на то, что была проведена серьезная работа по восстановлению первоначального качества издания, на некоторых страницах могут обнаружиться небольшие «огрехи»: помарки, кляксы и т.п.

Эта книга будет изготовлена в соответствии с Вашим заказом по технологии Print-on-Demand компанией ООО «Книга по Требованию». Print-on-Demand — это технология печати книг по Вашему заказу на цифровом типографском оборудовании. Книга, напечатанная по технологии Print-on-Demand, представляет собой классический «евро-покет» с соблюдением всех стандартов качества, от офсетной бумаги и плотного картона до качественного клея, используемого при изготовлении.

Информация о материалах, используемых при печати:
— бумага — офсетная (белая), 80 г/м;
— обложка — цветная мягкая (картон 250-300 г/м);
— текстовый блок (включая иллюстрации) — черно-белый;
— скрепление блока — КБС (по стандарту современных «pocket-books»).

Заказ обрабатывается в индивидуальном порядке: каждой книге, напечатанной по технологии Print-on-Demand, присваивается уникальный номер.

ДОГОВОРНАЯ НЕУСТОЙКА

Большой юридический словарь. — М.: Инфра-М . А. Я. Сухарев, В. Е. Крутских, А.Я. Сухарева . 2003 .

Смотреть что такое «ДОГОВОРНАЯ НЕУСТОЙКА» в других словарях:

Договорная Неустойка — См. Неустойка Словарь бизнес терминов. Академик.ру. 2001 … Словарь бизнес-терминов

ДОГОВОРНАЯ НЕУСТОЙКА — (см. НЕУСТОЙКА) … Энциклопедический словарь экономики и права

ДОГОВОРНАЯ НЕУСТОЙКА — см. Неустойка … Энциклопедия юриста

договорная неустойка — см. неустойка … Большой юридический словарь

НЕУСТОЙКА ДОГОВОРНАЯ — НЕУСТОЙКА … Юридическая энциклопедия

НЕУСТОЙКА — (штраф, пеня), в гражданском праве определенная законом (законная неустойка) или договором (договорная неустойка) денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства … Современная энциклопедия

НЕУСТОЙКА — (штраф пеня), в гражданском праве определенная законом (законная неустойка) или договором (договорная неустойка) денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства … Большой Энциклопедический словарь

Смотрите так же:  Как оформить кредиторскую задолженность

Неустойка — (штраф, пеня), в гражданском праве определенная законом (законная неустойка) или договором (договорная неустойка) денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства. … Иллюстрированный энциклопедический словарь

неустойка — и; мн. род. тоек, дат. тойкам; ж. Юрид., финанс. Возмещение убытков при невыполнении одной из сторон какого л. договорного обязательства. Уплатить неустойку. Потребовать неустойку. Срыв сроков грозил неустойкой. * * * неустойка (штраф, пеня), в… … Энциклопедический словарь

НЕУСТОЙКА — (англ. forfeit) – денежная сумма, уплачиваемая одним контрагентом другому за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств. При неисполнении договорных, контрактных обязательств (договорная неустойка) должник обязан возместить кредитору… … Финансово-кредитный энциклопедический словарь

Тютрюмов И.М. Законы гражданские с разъяснениями Правительствующего Сената и комментариями русских юристов. Составил И.М. Тютрюмов. Книга четвертая.

Проф. А.X. Гольмстен. — «Юрид. конструкция добровольной неустойки», «Юрид. летопись», 1891 г., N 3, стр. 198-199.

27. Согласно двойственному своему назначению (побудить должника к исполнению страхом невыгодных последствий или установить заранее размер причиненного неисполнением ущерба), неустойка имеет двоякого рода последствия: 1) или усложняет обязательственное отношение в том смысле, что, не освобождая должника от главной обязанности, налагает на него еще новую тягость, 2) или же изменяет прежнее обязательственное отношение, превращая его в новое, альтернативное, в силу которого должник может или исполнить условленное действие, или заплатить известную сумму денег. Наше законодательство понимает неустойку, как общее правило, в первом его значении (ст. 1574 и 1585). Однако же, не следует придерживаться буквального смысла слов закона и придавать неустойке непременно значение первого рода, если стороны и не указали в договоре, что платежом неустойки он непременно прекращается. Нередко, помимо явного условия, смысл неустойки обнаруживается из всего содержания обязательства. Во всяком случае неустойка предполагает неисправность должника, так что невозможность исполнения, обусловленная обстоятельствами, не зависящими от воли обязанной стороны, освобождает последнюю от неустойки. Если обязанная сторона уклоняется от исполнения, она принуждается к возмещению всех причиненных неисполнением убытков, причем неустойка в счет не идет. Такое соединение неустойки с требованием возмещения убытков возможно при взгляде на нее, как на штраф за неисправность. Если же неустойка уже представляет собою возмещение вреда, то тем самым исключается совместное требование неустойки и возмещения убытков.

Проф. Г.Ф. Шершеневич. — «Учебн. русск. гражд. права», стр. 422-424.

28. Следует ли ст. 1585 понимать в том смысле, что ею предоставляется право требовать совместно с неустойкой только исполнения самого обязательства или же, кроме этого, и возмещение убытков, последовавших от его неисполнения? Вопрос этот следует разрешить в последнем смысле, за исключением, разумеется, тех случаев, когда сам закон в его специальных постановлениях указывает на недопустимость совместного взыскания неустойки и убытков, подтверждением каковому положению могут служить правила 2039 ст. X т. и 208 ст. Пол. о Каз. Подр. и Пост., так как из первой можно вывести то заключение, что обязанность платежа по заемному письму законной неустойки нисколько не освобождает должника от обязанности платежа, как убытков, происходящих от его неисполнения, установленных законом процентов, а вторая прямо указывает на обязанность неисправного подрядчика платить не только штраф, т.е. установленную законом неустойку, но вместе с ним и убытки, могущие быть понесенными казной от его неисправности.

К. Анненков. — «Сист. русск. гражд. права», т. III, стр. 248 и 253.

29. Большинство наших русских цивилистов и Сенат (реш. 70/572; 70/877; 71/891; 72/638; 73/539 и др.) толкуют эту статью в смысле признания у нас принципа кумулятивного отношения между требованиями неустойки и интереса, т.е. что кроме получения неустойки, верителю принадлежит не одно только право требовать исполнения договора, но и право производить взыскание за последствие неисполнения оного. Но едва ли это правильно, так как если обратиться к интерпретации логической, в связи с историческим происхождением означенной статьи, и сопоставить выражение «независимо от взыскания по неисполнению самого договора» с последующими словами: «который (т.е. договор) и при взыскании неустойки остается в своей силе» то, кажется, справедливее будет сказать, что слова «по неисполнении самого договора» относятся к самому исполнению договора, в особенности, если принять в соображение и заключительную часть нормы, имеющую в виду отступное, т.е. прежде всего освобождение (ценою внесения премии) от исполнения, точнее, от исполнения in natura.

Проф. М.Я. Пергамент. — «Договорная неустойка и интерес в римском и современ. гражд. праве», изд. 1899 г., стр. 244-245 и 263-264.

30. На путь кумуляции ни одно или почти ни одно (я имею в виду Португальский гражданский кодекс 1867 г.) новое законодательство, как бы в остальном оно не относилось к римским учениям и к романизму, не вступило. И причина такого явления, по моему пониманию, весьма проста. Ее нужно искать не в чем ином, как в несоответствии кумулятивного начала в нашем институте правовому сознанию или чувству современного культурного человека. Неустойка представляется нам в настоящее время по преимуществу суррогатом вознаграждения за ущерб. А потому мы не сочувствуем взысканию и неустойки и убытков совместно, разве бы такое взыскание находило себе достаточную основу в автономном определении и доброй воле самих сторон. Присуждение должника, помимо этого случая, к платежу договорной пени, раз, и внесению соразмерного удовлетворения, два, нами невольно ощущается, как нечто вроде двойного присуждения за одно и то же. Между тем положение «ne bis in idem» для каждого из нас ныне — настоящий императив, афоризм, перешедший в нашу кровь и плоть. Оттого-то, без сомнения, и русский судья по малейшему поводу, а нередко даже под тем или другим предлогом, отказывает верителю в благоприятном решении в ответ на его притязание по неустоичной записи. Требуемое истцом решение ему, нашему судье, кажется глубоко неправильным, совершенно несовместимым со смыслом пословицы: с одного вола двух шкур не дерут.

Проф. М.Я. Пергамент. — «Договорная неустойка и интерес», изд. 1905 г., стр. 230-231.

31. Статья 1585 регулирует только отношение неустойки к взысканию по неисполнению самого договора, т.е. в лучшем случае к исполнению in natura и к вознаграждению за вред и убытки, и если стать на точку зрения Сенатского толкования, то оказывается что ст. 1585 построена на принципе строго кумулятивном или, иначе говоря, требует присуждения всякий раз не только договорной пени, но и возмещения ущерба, или взамен последнего выполнения самого обязательства. Следовательно, оно будто бы санкционирует уже тройное взыскание: можно добиваться и совершения условленного действия, и вознаграждения за понесенный вред, и получения неустоичной суммы. Но с таким толкованием Сената нельзя согласиться, так как на самом деле в ст. 1585 принцип кумуляции осуществлен далеко не вполне, вовсе не абсолютно. В этом отношении правильно Редакционная Комиссия склонилась в сторону строгой и чистой альтернации, т.е. системы римской, а не прусско-французско-австрийской.

Проф. М.Я. Пергамент. — «Договорная неустойка по проекту Гражд. Уложения», «Право», 1900 г., N 22, стр. 1089-1096.

31 1 . Статья 1606 Проекта Гражданского Уложения, пожалуй, скажут — дает кредитору, по меньшей мере, право на неустойку; другими словами, в случае иска об ущербе ему дается право на разность между неустойкой и ущербом, если последний меньше первой. Об этом праве верителя не приходится спорить: оно ему открыто предоставлено отдельной нормою. Но именно поэтому произвольно и неправильно полагать, будто и в противоположном случае кредитор точно так же может притязать на разность, будто и после предъявления иска об уплате неустойки еще возможно взыскивать тот плюс, на который неустойка превышается действительным ущербом. Произвольно же это и неправильно по той причине, что об этом втором случае ст. 1606 ничего не содержит. Отсюда, наоборот, следует заключить, что во втором случае, в противоположность первому, права на разность не существует.

Проф. М.Я. Пергамент. — «К вопросу о договорной неустойке, по нашему проекту Гражд. Уложения», «Юрид. записки Демидовского Юрид. лицея», 1908 г., вып. II, стр. 276-277.

32. Если цель неустойки — обеспечить от несвоевременного исполнения или от возможных недостатков исполнения, то кроме главного долга можно требовать и неустойки, но веритель не вправе сверх неустойки еще взыскивать вознаграждение интереса за промедление или же за недостатки в исполнении. Если же неустойка назначена на случай неисполнения главного обязательства, то нельзя требовать совместного предоставления и неустойки и предмета главного обязательства. Впрочем, после присуждения удовлетворения одного из упомянутых требований веритель может взыскать еще разницу между этими двумя требованиями.

Проф. Дернбург. — «Пандекты», т. III, стр. 156.

33. Не подлежит сомнению, что и при наличности придаточного условия о неустойке ответчик может, по общему правилу, быть присужден лишь тогда, когда неисполнение ему может быть вменено, другими словами, когда на его стороне, вина или нерадение, небрежность. Такое существенное значение принадлежит моменту вины во всяком случае, безразлично, имеем ли мы пред собою неустойку западноевропейскую, так называемую неустойку оценочную, или же перед нами неустойка русского права, неустойка штрафная, карательная, взыскиваемая не альтернативно, а кумулятивно, наряду с интересом. Таким образом, ошибочно полагать, будто в понятие неустойки входит обеспечение против всего, включая сюда и факты случайные, стоящее вне сферы воли обязанного лица и не имеющие ничего общего ни с его умыслом, ни даже с его нерадением, хотя бы в слабой степени. Разумеется, — этого отрицать никто не станет, — стороны могут заключать и такого рода договор: они могут согласиться, что должник принимает на себя ответственность за всякое неисполнение обязательства, от чего бы оно ни произошло: раз требуемого действия не окажется, он отвечает и отвечает безусловно. Против подобного принятия на себя гарантии за исход по добровольному соглашению возражать не приходится: чего-либо безнравственного здесь не наблюдается. Но необходимо твердо помнить, что эта гарантия не присуща неустойке как таковой: она только возможна при неустойке, как, впрочем, возможна и помимо неустоичного условия. Поэтому неправильно Сенат в заседании одного из отделений в конце 1906 г. признал возможность присуждения неустойки в случае, когда неисполнение договора произошло без всякой вины ответчика.

Проф. М.Я. Пергамент. — «К вопросу о договорной неустойке по действ. русск. праву», «Право», 1907 г., N 8, стр. 584-585.

34. По X т. неустойка есть обеспечивающий исполнение договора штраф, налагаемый в случае нарушения этого договора. Подобный штраф имеет место независимо от взыскания убытков, понесенных вследствие неисполнения договора (ст. 1583-1585). Лицо, подвергшееся взысканию неустойки, не освобождается от обязанности исполнить и самый договор, обеспеченный неустойкой, и подобное освобождение может быть допущено лишь путем особого на то соглашения. Из сказанного вытекает, что лицо, не исполнившее договора, обеспеченного неустойкой, во всяком случае обязано по требованию контрагента уплатить договоренную неустойку. На иной точке зрения стоит III ч. свода местн. узак. губ. Остз. (ст. 3372): здесь проводится взгляд на неустойку, как на средство возмещения убытков, причем сторонам предоставлено право приводить размер неустойки в соответствие с количеством действительно понесенных убытков (ст. 3376). Такого рода неустойка имеет целью избавить сторону от необходимости доказывать размер понесенных ею убытков. Но если лицо, нарушившее договор, может доказать, что от сего нарушения никто не потерпел убытков, в таком случае в иске о неустойке должно быть отказано, ибо было бы несправедливо в этом случае взыскивать неустойку и тем поощрять неправильное обогащение на чужой счет. По крайней мере один из мировых съездов Прибалт. губ. недавно по делу о взыскании неустойки в иске отказал, найдя, что при недоказанности понесения каких-либо убытков истец на взыскание неустойки права не имеет.

Б.В. — «К вопросу о договорной неустойке», «Ж. М. Ю.», 1908 г., кн. 4, стр. 169-172.

35. При указываемом этой (1585) статьей соотношении между главным и дополнительным договорами закон ничего не говорит о том, в каком размере может быть назначена неустойка; следовательно, неустойка может и превышать размер главного обязательства. Только относительно губерний Черниговской и Полтавской в законе постановлено, что неустойка не может превышать сумму обеспечиваемого обязательства (ст. 1584).

Проф. А.М. Гуляев. — «Русское гражданское право», стр. 241.

36. Западноевропейские законодательства выдвигают на первый план оценку интереса. На противоположной точке зрения стоит наше законодательство. Если противное не вытекает из договора, кредитор может взыскивать неустойку — по выражению закона — «независимо от взыскания по неисполнению самого договора», т.е. кумулятивно. Закон таким образом видит в неустойке, штраф, кару за неисправность. Любопытно, что несмотря на такой ясно выраженный взгляд законодателя при толковании закона все же часто исходят из оценочной природы неустойки. Наш X т. говорит о кумуляции неустойки с исполнением, но оставляет открытым вопрос об отношении ее к убыткам. Некоторые исследователи решают этот вопрос в смысле альтернативного взыскания. Из них Пестржецкий ссылается на то, что неустойка имеет природу заранее оцененного интереса, Змирлов и Пергамент считают ст. 1585 позаимствованною — по мнению первого, из кодекса Наполеона, по мнению второго, — из австрийского уложения и находят, что она должна быть толкуема согласно с духом ее первоисточника, т.е. опять в смысле антиципированного интереса. Никаких ограничений размера неустойки русский закон не устанавливает; только в Черниговской и Полтавской губерниях определен ее предел non ultra alterum tantum.

Прив.-доц. Л.С. Таль. — «Понятие и природа договорной неустойки», «Вест. Права», 1906 г., кн. 2, стр. 270.

37. Если в договоре назначена неустойка в очевидно преувеличенном размере или если она представляется чрезмерною ввиду неисполнения должником обязательства лишь в незначительной части, то суд может по просьбе должника уменьшить размер неустойки, — но обязан при этом принять в соображение не только имущественные, но и другие справедливые интересы верителя.

«Гражданское Уложение» (Пр. Ред. Ком. 1905 г.), ст. 1607.

38. Если подлежащая уплате неустойка несоразмерно велика, то по просьбе должника она может быть уменьшена до соответствующих размеров судебным решением. При обсуждении надлежащего размера принимаются во внимание не только имущественный, но и всякий иной интерес кредитора. После уплаты неустойки уменьшение ее исключается.

«Германское Гражданское Уложение», ст. 343.

Смотрите так же:  Приказ мо рф 420 дсп

39. От усмотрения договаривающихся сторон зависит определить размер неустойки. Однако соглашение о ней недействительно, если им пользуются для обхода законов о лихве; кроме того, суд вправе уменьшить чрезмерную неустойку, обсудив по справедливости обстоятельства дела.

«Гражданское Уложение Цюрихского Кантона», ст. 970.

40. Размер неустойки может быть судом уменьшен, если главное обязательство уже отчасти исполнено.

«Гражданский Кодекс Наполеона», ст. 1231.

1586. В губерниях Черниговской и Полтавской ответственность в платеже неустойки по обязательствам между частными лицами переходит на наследников обязавшегося лица в том только случае, когда иск по оной начат установленным порядком еще при жизни сего лица или когда в самом обязательстве платеж неустойки распространен на наследников. Литов. Стат. разд. VII, арт. 18, подтв. мн. Гос. Сов. 15 апр. 1842 г.

1. Обращаясь к способности или неспособности неустойки переходить на наследников должника как отличительному ее признаку, нельзя не видеть, что момент этот мог бы действительно служить реальным и характерным критерием, если бы выбор шел между двумя природами неустойки, из коих одна являлась бы гражданскою, а другая уголовною, пенальною в истинном смысле слова. Но на самом деле уголовный характер в этом своем значении нигде не присущ нашему институту. Говоря о «карательной» его природе, о неустойке как «наказами» и т.п., мы всегда, конечно, разумеем гражданское наказание, наказание в смысле самом общем. Единственное здесь исключение, это партикулярная норма нашего т. X. ч. 1 — ст. 1586, — продукт, нужно полагать, простого недоразумения. Вообще же, если отвлечься от этой совершенной аномалии, то в настоящем, не исключая и нашего общерусского права, пассивная и активная преемственность неустойки — явление, столь бесспорное и очевидное, что на этот счет не наблюдается ни разности взглядов, ни разности определений в законодательствах. Спорят действительно о том, какова ответственность наследников должника, связавшего себя неустойкою, — солидарная ли она или же соразмерная, а если допустима и та и другая, то когда бывает одна и когда другая, но это спор, который ведется исключительно на чисто гражданской почве и решается не тем, которому из двух занимающих нас характеров неустойки отдать предпочтение, а соображениями опять-таки римско-правовыми — об исполнимости или, лучше, неисполнимости в известной только части обязательства под условием и о приобретаемом обязательством вследствие того свойстве неделимости.

Проф. М.Я. Пергамент. — «Договорная неустойка и интерес», стр. 290-291.

2. См. ст. 1583-1585.

Гл. III. О залоге недвижимых имуществ

1587. Залогом недвижимого имущества обеспечиваются договоры: 1) с казною и 2) между частными лицами.

Примечание. (Прод. 1906 г.) Правила о залогах по займам из кредитных установлений изложены в Уставе Кредитном, а также в уставах частных и общественных кредитных установлений, по принадлежности.

О залоговом праве

1. «Заложенное имение служит не только обеспечением займа, но и единственным источником его удовлетворения. Следовательно, коль скоро заложенное имение. продано и вырученная сумма обращена на удовлетворение займа, то с этим вместе прекращаются и договорные между сторонами отношения» (80/287).

2. «Залогом недвижимого имения могут быть обеспечиваемы не только займы, но и всякого рода долговые отношения, как существующие, так и могущие возникнуть в будущем» (89/4).

3. Заведомо бесправная переработка залогодателем состоящего в залоге имущества (напр., леса в лесные материалы) не освобождает это имущество от залогового права (97/80).

4. При залоге недвижимого имения в Тифлисском городском кредитном обществе, заложенным должно считаться имение в том составе который означен не только в залоговом свидетельстве, но и в обязательстве заемщика, установленном 17 ст. Устава кредитного общества (1903/116).

6. Залоговым правом в особенном и собственном смысле мы называем служащее обеспечением долгового требования право на чужую телесную вещь, уполномочивающее займодавца продать ее для своего удовлетворения.

Проф. Дернбург. — «Пандекты», т. I, ч. 2: «Вещное право», изд. 1905 г., стр. 269.

7. Залоговое право, как право, создающее в пользу залогодержателя исключительное положение по отношению к известной части чужого имущества, может быть отнесено к категории вещных прав, занимая среди них обособленное место ввиду того, что оно в отличие от них не имеет целью ни пользование, ни обладание вещью, а только получение известного размера ее стоимости, причем с осуществлением этого правомочия залогодержателя связано прекращение самого залогового права. В современной жизни определение залогового права, как абсолютного права на уплату определенной суммы, направляемого против обладателя определенного имущественного объекта и осуществляющегося в виде исключительного права взыскания, будет достаточно для всех видов реального кредита.

Проф. Л.А. Кассо. — «Понятие о залоге, в современном праве» (изд. 1898 г.), стр. 2, 3, 243 и др.

7 1 . Залоговым правом в обширном смысле может быть названо всякое право на имущественное благо, установленное в пользу кредитора в видах обеспечения его на тот случай, если он не получит своевременно удовлетворения в счет своего обязательственного требования. Формы проявления залогового права в обширном смысле могут быть весьма разнообразны. Оно может быть установлено путем фидуциарной передачи кредитору права собственности на вещь должника, путем установления других вещных прав на вещь должника, напр., права узуфрукта. Объектом его могут служить не только телесные вещи, но все имущественные блага, имеющие денежную ценность; сюда относится залог обязательственных требований, принадлежащих должнику против третьих лиц, залог сервитутов, принадлежащих должнику.

Пергамент договорная неустойка

Литература: Исаченко,О задатке («Юр. В.» 1881, № 9); Нолькен , Учение о поручительстве по римскому праву и новейшим законодательствам, 1884; Капустин, Древнее русское поручительство («Юр. Сб. Мейер», 1855); Мейер , Русское гражданское право, стр. 397-415; Победоносцев, Курс, т. III , стр. 276-318; Голь метен, Юридическая конструкция добровольной неустойки («Юридич. исслед. и статьи», 1891, стр. 171-178); Пергамент, Договорная неустойка и интерес в римском и современном гражданском праве, 1899; Мандро, Неустойка по заемным обязательствам («Ж. Гр. и Уг. Пр.», 1876, №6); Кассо, Запродажа и задаток («Ж. М. Ю.», 1903, №5).

Обязательство дает право требовать, но не принуждать к исполнению действия, обещанного должником. Если с этой стороны нет и не может быть никакого обеспечения в том, что установленное обязательство будет в точности исполнено, то, по крайней мере, необходимо обеспечить верителю тот имущественный интерес, который для него связывается с обязательством. Действительно, все имущество должника отвечает за его исполнительность, и если он уклоняется от исполнения условленного действия, то интерес кредитора, соеди-

Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права — М.: «СПАРК», 1995. С.291

ненный с этим действием, может быть осуществлен принудительно из имущества должника: часть этого имущества, а если нужно, то и все имущество, будет продано общественной властью и полученная ценность пойдет на удовлетворение кредитора. Но нередко верителю может грозить опасность, что это имущество окажется недостаточным для удовлетворения всех предъявленных к нему требований. Ввиду возможности подобных последствий верители стараются обеспечить себя заранее или привлечением к обязательству других лнц, имущество которых также отвечало бы за обязательство должника, или же выделением из всего состава имущества должника известной индивидуально определенной части, которая должна служить исключительным средством удовлетворения только данного требования, с устранением прочих кредиторов. Этой цели отвечают поручительство и залог. Иногда кредитор бывает чрезвычайно заинтересован в том, чтобы должник исполнил то именно действие, к которому он обязался. Поэтому он старается побудить его к точному выполнению опасением еще более невыгодных последствий при уклонении. Этой цели служат по преимуществу задаток и неустойка.

Таким образом, средствами обеспечения обязательств являются: I ) задаток, 2) неустойка, 3) поручительство, 4) залог и заклад. В практике встречаются и некоторые иные способы, например, отнятие паспорта или задержание самого должника. Однако, та и другая мера, как совершенно противозаконные, не могут составить предмета нашего рассмотрения.

«Можно смело сказать, замечает г. Исаченко, что ни одна сделка, заключаемая русским народом, в которой исполнение предполагается во времени, не обходится без задатка: совершается ли купля-продажа, покупщик дает задаток продавцу; заключается ли договор о найме имущества или о личном найме, наниматель дает задаток; подряжается ли кто что-либо доставить, устроить, сделать, задаток дается подрядчику; стоит выйти в базарный день на рынок в любом русском городишке, чтобы увидеть, что крестьянин не всегда повезет с рынка какой-нибудь мешок хлеба или овса, не получив прежде задатка». Действительно, задаток имеет в русском быту громадное значение, каким он далеко не пользуется на Западе. Тем более странно отсутствие в русском законодательстве общих постановлений о задатке, которого оно касается только по поводу запродажи, казенных подрядов и поставок, а также продажи с торгов.

Задатком называется производимая при самом заключении договора уплата части денежной суммы, следуемой от одного лица другому за исполнение условленного действия. Задаток возможен в тех обязательственных отношениях, в которых одно лицо обязывается уплатить другому денежную сумму. Задаток составляет предваренное исполнение, уплату части ранее того времени, когда должно быть уплачено все. Поэтому не подходит под понятие о задатке обозначаемое этим же названием взятие некоторой суммы в обеспечение выполнения личной услуги, например, при найме рабочих, извозчиков наниматели берут с них «в задаток» 20 или более копеек. Здесь денежная сумма уплачивается не тем, кто должен платить, а тем, кто должен получить. Такое отношение неправильно называется задатком, потому что это залог. Следует заметить, что с бытовой

Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права — М.: «СПАРК», 1995. С.292

точки зрения задаток имеет двоякое значение: а) способа обеспечения обязательств к b) момента совершения договора. По народному представлению, как скоро задаток дан и принят, значит договор заключен бесповоротно. Здесь мы рассматриваем задаток только в первом его значении.

Обеспечение, достигаемое задатком, заключается в том, что лицо, уплатившее задаток, заинтересовано уже в исполнении обязательства, потому что в противном случае оно рискует задаточной суммой. Значение выданного и полученного задатка состоит в том, что при неисполнении действия, составляющего содержание обязательства, лицо, давшее задаток, теряет его, а лицо, получившее задаток, если не исполнит своей обязанности, должно возвратить его. В том случае, когда неисполнение наступает по вине лица, получившего задаток, или без вины кого-либо из контрагентов, вследствие случайной невозможности, задаток должен быть возвращен (т. X , ч. 1, ст. 1518). Такого, единственно правильного и юридически возможного, взгляда на задаток придерживалась кассационная практика, пока позднее не стала постепенно уклоняться от него и наконец признала, что лицо, давшее задаток, не теряет права на обратное получение его, если даже исполнение не осуществилось по его вине (кас. реш. 1874, № 859). Вместе с таким выводом отвергается всякое значение за задатком. Впрочем, в последнее время Сенат отказался от этого взгляда (кас. реш. 1892, №2).

Трудность вопроса заключается в том, освобождается ли лицо, давшее задаток, оставлением его в руках получившего от своей главной обязанности, прекращается ли его обязательство с потерей задатка или нет? Например, кто-нибудь нанимает, квартиру на год и дает хозяину дома задаток, а потом находит более удобное помещение. Можно ли считать его освобожденным от договора имущественного найма или же он продолжает быть связанным, и хозяин дома может взыскивать с него всю плату за квартиру? Присоединением задатка к обязательственному отношению последнее не изменяется, а только усложняется. Право лица, получившего задаток, не уменьшается, а напротив, увеличивается вследствие обеспечения обязательства. Поэтому от него зависит или удовольствоваться оставшимся в его руках задатком, или же настаивать на исполнении обязательства, потому что это право принадлежало бы ему, если бы обязательство не было обеспечено. Обращаясь к приведенному примеру, мы должны разрешить его в том смысле, что хозяин дома, воспользовавшись задатком, может считать обязательство расторгнутым и отдать квартиру другому: но он может, если квартира останется пустой, требовать от нанимателя, чтобы, тот уплатил ему наемную плату за весь условленный срок, зачитывая в нее полученный задаток. В жизни практикуется первый способ, и получивший задаток считает себя удовлетворенным оставшейся в его руках суммой.

Другой вопрос: может ли лицо, получившее задаток, освободиться от обязательства, возвратив задаток? На это следует ответить отрицательно (т. X , ч. 1, ст. 1513). Дело выяснится, если мы откинем усложняющий элемент, задаток: если без задатка обязанное лицо не могло по своей воле освободиться от обязательственного отношения, то оно не может уклоняться от исполнения и при укреплении отношения посредством задатка. Тем менее может быть речь об освобождении лица, получившего задаток, возвращением его, что на его обязан-

Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права — М.: «СПАРК», 1995. С.293

ность задаток не оказал никакого влияния, так как он связал другое лицо, давшее задаток, а лицу, получившему его, он только обеспечил право требования.

Бытовое значение неустойки представляется также очень большим. Она имеет широкое применение во всевозможных сделках, облеченных в письменную форму. Она играет нередко неблаговидную роль в жизни, являясь могучим средством, которым пользуется взаимодавец, чтобы держать в своих руках запутавшегося в делах должника. Под неустойкой, как средством обеспечения, понимается присоединенное к главному обязательству дополнительное условие о платеже должником известной суммы на случай неисправности в исполнении. Обеспечение, доставляемой неустойкой праву требования по обязательству, состоит в том, что должник побуждается к точному исполнению своей обязанности опасением осложнения ее, увеличения содержания действия, составляющего предмет обязательства.

Как и задаток, неустойка имеет двоякое значение, являясь не только средством обеспечения обязательства, но и способом определить размер вознаграждения за отступление от обязательства. Неустойка имеет в виду или 1) побудить должника к исполнению страхом невыгодных последствий (штраф за неисправность) или 2) установить заранее размер причиненного неисполнением ущерба, особенно когда доказывание величины его представляется затруднительным (возмещение ущерба). Примером первой цели неустойки может служить договор о найме квартиры, по которому хозяин выговаривает себе право требовать за каждый день просрочки в платеж квартирной платы известный процент со следуемой суммы. Примером неустойки второго рода может служить договор между антрепренером и артистом, обязывающий последнего, в случае уклонения от контракта, заплатить определенную сумму денег. Согласно двойственному своему назначению, неустойка имеет двоякого рода последствия: 1) или усложняется обязательственное отношение в том смысле, что, не освобождая должника от главной обязанности, налагает на него еще новую тягость; 2) или же изменяет прежнее обязательственное отношение, превращая его в новое, альтернативное, в силу которого должник может или исполнить условное действие или заплатить известную сумму денег.

Смотрите так же:  Виноградарь банкротство

Наше законодательство понимает неустойку, как общее правило, в первом его значении. Это видно из того, что «неустойка определяется законом за неисправность» (т. X , ч. 1, ст. 1574), «неустойка, определенная в самом договоре, взыскивается в том количестве, какое назначено, но не зависимо от взыскания по неисполнению самого договора, который и при взыскании неустойки остается в своей силе, разве бы в содержании договора было изъяснено, что платежом неустойки он прекращается» (т. X , ч. 1, ст. 1585). По взгляду нашей практики, неустойка есть не что иное, как штраф за неисправность в исполнении договора (кас. реш. 1903, № 71). Однако не следует придерживаться буквального смысла слов закона и придавать неустойке непременно значение первого рода, если стороны и не указали в договоре, что платежом неустойки он прекращается. Нередко, помимо явного условия, смысл неустойки обнаруживается из всего содержания обязательства. Например, в контракте антрепренера с оперным певцом сказано, что, в случае отказа петь в спектакле, артист платит каждый раз

Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права — М.: «СПАРК», 1995. С.294

200 рублей неустойки: здесь очевидно, что если артист пропустил известный спектакль, то антрепренер может взыскивать только неустойку, а не настаивать на участии в прошедшем спектакле. Во всяком случае неустойка предполагает неисправность должника, так что невозможность исполнения, обусловленная обстоятельствами, не зависящими от воли обязанной стороны, освобождает последнюю от неустойки. Если обязанная сторона уклоняется от исполнения, она принуждается к возмещению всех причиненных неисполнением убытков, причем неустойка в счет не идет. Такое соединение неустойки с требованием возмещения убытков возможно при взгляде на нее, как на штраф за неисправность. Если же неустойка уже представляет собой возмещение вреда, то тем самым исключается совместное требование неустойки и возмещения убытков.

Неустойка определяется 1) законом и 2) договором (т. X , ч. 1, ст. 1573). Законная неустойка определяется за неисправность а) в платеже по заемным обязательствам между частными лицами и b) в исполнении по обязательствам с казной (т. X , ч. 1, ст. 1574), с) в исполнении по перевозке, принятой на себя железной дорогой (Общ. уст. росс. жел. дорог, ст. 110). Законная неустойка во всяком случае неприменима к обязательствам, обеспеченным залогом недвижимости (т. X , ч. 1, ст. 1575). Заметим, однако, что законная неустойка установлена за неплатеж своевременно долга не по всем обязательствам, из которых возникает долг одного лица другому, а только по обязательствам, возникающим из займа денег (кас. реш. 1877, № 208), так что, например хозяин дома не вправе требовать от неисправного квартиранта законной неустойки. К неустойке, обеспечивающей обязательство, не относится установленная законом неустойка за неправое владение чужими капиталами (т. X , ч. 1, ст. 641). Законная неустойка по заемным обязательствам установлена в размере 3% по всей долговой сумме, а если исполнение должно было производиться периодически, то неустойка может быть взыскана только с той суммы, платежу которой наступил срок. Законная неустойка по железнодорожной перевозке установлена в размере 5% провозной платы за каждые просроченные сутки, однако не свыше всей фрахтовой суммы. Существует законная неустойка за нарушение договора найма фабричных рабочих (Уст. пром. ст. 98).

Включение в договор условия о неустойке в таких случаях, когда она не определена законом, предоставляется обоюдному согласию договаривающихся лиц (т. X , ч. 1, ст. 1583). Из смысла этой статьи нельзя никоим образом выводить, будь-то в договорах, для которых закон сам устанавливает неустойку, невозможно соглашение о неустойке, в чем-нибудь уклоняющейся от законной ( contra кас. реш. 1880, № 86). Смысл закона лишь тот, что неустойка допускается по взаимному соглашению даже тогда, когда она не предусмотрена законом. Добровольная неустойка, устанавливаемая по соглашению, возникает или вместе с главным обязательством или после того, в особом договоре, но никогда ранее главного обязательства, как это полагает Сенат (кас. реш. 1874, № 625), потому что отношение, обеспечивающее другое, предполагает для своего действия существование главного обязательства. По той же причине недействительность главного обязательства или прекращение его производят тем самым недействительность или прекращение дополнительного обязательства. Об-

Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права — М.: «СПАРК», 1995. С.295

ратно, недействительность или уничтожение по соглашению неустойки не оказывают никакого влияния на силу главного отношения. Свобода установления добровольной неустойки, имевшая своим результатом возрастание долговой суммы далеко свыше действительного долга, встретила стеснение в законе 24 мая 1893 года о преследовании ростовщических действий. Чрезмерная неустойка, принятая должником под влиянием стесненных обстоятельств, или скрывающая чрезмерный рост, признается недействительной, не касаясь силы главного обязательства (т. XV ; Уст. наказ, по прод., 1893 г., ст. 180).

III . Поручительство.

Несмотря на свою распространенность, задаток и неустойка далеко неспособны достичь цели обеспечения обязательства. Бели страх перед неустойкой является побудителем к исполнению обязательства, то действие ее стоит в зависимости от возможности для должника вообще исполнять свои обязательства. Когда имущественное положение его расшаталось, то должник не в состоянии уплатить ни главной суммы, ни неустойки. Задаток представляет еще менее совершенное средство обеспечения, потому что задаточная сумма бывает обыкновенно невелика, иначе выдача ее была бы затруднительна, а между тем, если для должника уклонение от главного обязательства представляет выгоду, то он охотно пожертвует задатком. Как средство обеспечения, поручительство стоит несомненно выше, потому что здесь к ответственности привлекаются новые лица, выбираемые для этой цели ввиду их состоятельности.

Под поручительством понимается присоединенное к главному обязательству дополнительное условие об исполнении его третьим лицом, поручителем, в случае неисправности должника. Рассматривая это определение, мы находим прежде всего, что поручительство есть отношение договорное, а потому под понятие о поручительстве не подходит ответственность одних лиц за других в силу закона, например ответственность попустителей и укрывателей за главного виновника (т. X , ч. 1, ст. 651 и 652). Не подходит под понятие поручительства также ручательство за действительность обязательства, например в том, что обязывающееся лицо достигло совершеннолетия: это отношение самостоятельное, не стоящее ни в какой зависимости от исполнения и исправности должника, а потому и не подлежит правилам, установленным для поручительства ( contra кас. реш. 1892, №67). Во-вторых, ответственность поручителя является субсидиарной, т.е. наступает только в случае неисправности главного должника. Этим признаком отличается поручительство от таких отношений, где ответственность одного лица стоит рядом с ответственностью другого, а не позади, как например, в товариществе. Закон не приурочивает поручительства к какому-нибудь определенному договору, а потому этим способом могут быть обеспечены всякие юридические отношения, из которых вытекает долговое обязательство (поэтому не будет поручительством случай, предусмотренный ст. 1570 т. X ч. 1, что видно уже из обособления этого случая и специального названия).

Наше законодательство, не давая общего определения понятия о поручительстве, устанавливает различные виды его. 1) Так закон разделяет его на а) полное и b) частичное, т.е. поручительство может быть принято во всей сумме или только в части долга. Если в договоре о поручительстве не указано, что оно

Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права — М.: «СПАРК», 1995. С.296

принимается в части долга, и в какой именно, то поручитель отвечает во всей сумме (т. X , ч. 1, ст. 1556). Следовательно, в случае сомнения предположение стоит на стороне полного поручительства, как более сильного средства. 2) Другое деление, устанавливаемое нашим законодательством,- это на а) простое и b) срочное поручительство, т.е. поручительство может быть дано или только вообще в платеже суммы или в платеже ее на срок (т. X , ч. 1, ст. 1557). Тот или другой вид поручительства должен быть с точностью обозначен в самой подписи поручителя. Однако возможен случай, что стороны забудут указать, какой вид поручительства имели они в виду, а между тем разница в последствиях простого и срочного поручительства очень значительна. На сторону которого из них должно склоняться предположение? Принимая в соображение, что срочное поручительство представляет форму обязательства более тягостную для должника, нежели простое, и что в случае сомнения договор изъясняется более в пользу должника, чгм верителя (т. X , ч. 1, ст. 1539 п. 5), следует признать, что предположение должно быть на стороне простого поручительства. Обратное правило установлено для судебного поручительства, которое предполагается срочным, если противоположное не обозначено (Уст. гражд. суд. ст. 642). Главное различие между срочным и простым поручительством сводится к тому, что по первому поручитель обязывается исполнить тотчас по обнаружении неисправности должника, тогда как по второму поручитель обязывается исполнить только тогда, когда все имущество должника, по объявлении его несостоятельным, подвергнется распределению между кредиторами, и в результате обнаружится, что веритель не получил удовлетворения.

Установление поручительства, как средства обеспечения, предполагает существование другого, главного обязательства: оно возникает или вместе с ним или после, но не ранее. Оно выражается или в том же документе или отдельно, но во всяком случае в письменной форме (т. X , ч. 1, ст. 1562). В поручительство могут вступать все те лица, которые вправе обязываться по договору вообще (т. X , ч. 1, ст. 1555); следовательно, не могут быть поручителями несовершеннолетние, сумасшедшие, расточители, несостоятельные и др.

Переходя к рассмотрению последствий установленного поручительства, мы остановимся на возникающих из него отношениях между верителем и должником, верителем и поручителем, поручителем и должником.

1. Отношение между верителем и должником по главному обязательству не изменяется от присоединения поручительства. Но исполнение обязательства со стороны поручителя прекращает тем самым право верителя против должника.

2. Главный интерес сосредотачивается на отношении верителя к поручителю. Вопрос заключается в том, в какое время и в каком объеме веритель может предъявить свое требование к поручителю. По первому вопросу необходимо различать простое и срочное поручительство, а) Если поручительство дано было простое, т.е. не на срок, то поручитель ответствует за долг только тогда, когда все имущество признанного несостоятельным должника будет подвергнуто продаже, вырученные от этого деньги распределены между кредиторами и затем окажется, что этих денег недостаточно для погашения того долга,

Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права — М.: «СПАРК», 1995. С.297

по которому дано поручительство. Такой порядок лишил бы поручительство всякого значения. Поэтому закон допускает, что веритель, если в срок не получит удовлеггворения от должника, может предложить тотчас же поручителю произвести за него исполнение. Если поручитель не изъявит на то готовности, то веритель вправе просить о наложении запрещения на имущество поручителя для обеспечения его иска на случай несостоятельности должника (т. X , ч. 1, ст. 1558). Это средство служит побуждением для поручителя не откладывать своего исполнения, иначе он будет стеснен в распоряжении своим имуществом в течение того долгого времени, пока будет продолжаться конкурс. Кроме того, поручитель нередко предпочитает немедленно исполнить, чем выжидать окончания конкурса, потому что тогда объем его ответственности возрастет — он должен удовлетворить верителя за все расходы и убытки, понесенные от несвоевременного удовлетворения, б) Если дано было поручительство на срок, то веритель может обратиться к поручителю тотчас же по обнаружении неисправности должника, во всяком случае не позже месяца со времени срока обязательства. Само собой разумеется, что веритель не может обратиться непосредственно к поручителю, минуя должника, потому что поручитель отвечает за неисправность последнего, которая должна быть предварительно обнаружена. Это подтверждается ст. 1560 т. X ч. 1, где говорится, что поручитель ответствует, коль скоро должник в срок не заплатил ( contra кас. реш. 1878, № 272).

По вопросу об объеме требования верителя, следует заметить, что веритель вправе требовать от поручителя всего того, что обязан был выполнить должник, если только поручительство не было частичным. Поручитель отвечает также и за все расходы, понесенные верителем при взыскании. Когда по одному обязательству поручилось несколько лиц вместе, то каждый отвечает лишь в той части, какая придется на его долю по числу поручителей, а при несостоятельности которого-нибудь из поручителей, его доля распределяется между прочими (т. X , ч. 1, ст. 1558 п. 5). Хотя это правило установлено законом только для простого поручительства, но, ввиду молчания закона, мы должны распространить силу его и на срочное поручительство, так как солидарность не предполагается, пока не установлена договором или законом (т. X , ч. 1, ст. 1548; contra кас. реш. 1890, № 58). Таким образом, при наличности нескольких поручителей, между ними устанавливается долевое обязательство, если солидарность не установлена соглашением.

3. Отношение между поручителем и должником сводится к тому, что поручитель, исполнив за должника его обязательство перед верителем, сам становится на место верителя и может требовать, чтобы ему возвращено было все утраченное в чужом интересе. Он имеет право на возвращение ему не только уплаченной суммы, но и процентов с этой суммы (т. X , ч. 1, ст. 1558 п. 3). Простой поручитель, исполнивший за должника обязательство, не дожидаясь окончания конкурса, может, как веритель, участвовать в конкурсе над несостоятельным должником (т. X , ч. 1, ст. 1558 п. 2).

Прекращение поручительства наступает по причинам, которые имели силу прм его установлении или вследствие последующих обстоятельств. Если при самом возникновении поручительства отсутствовало одно из необходимых уело-

Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права — М.: «СПАРК», 1995. С.298

вий, например не было гражданской дееспособности у поручителя, то он признается недействительным, не касаясь силы главного обязательства. Поручительство прекращается а) по взаимному соглашению верителя и поручителя, b) вследствие прекращения главного обязательства, с) в силу слияния в одном лице верителя и поручителя, должника и поручителя (при наследовании). Кроме того d ) если при простом поручительстве веритель отсрочит, по желанию должника, исполнение обязательства без участия в том поручителя, или же в течении 6 месяцев со дня наступления срока платежа не начнет взыскания с должника, то поручитель освобождается от всякой ответственности (т. X , ч. 1, ст. 1558 п. 4). Такое же правило установлено и для срочного поручительства: если кредитор делает отсрочки по заемному письму, обеспеченному срочным поручительством, или в течении месяца со дня наступления срока платежа не начнет взыскания с должника, то поручительство прекращается (т. X , ч. 1, ст. 2043 и 1560).