Брат а спор это жизнь

Брат а спор это жизнь

Тому, кто решит оставить спор, будучи правым, построят дом в Раю

Аллах Всевышний создал человека, Он создал физическую плоть, душу и ум. Посредником между всем этим является язык человека, который говорит благое, распространяет любовь, учит хорошему и сквернословит, сплетничает и приносит боль другим. Язык человека – испытание для него и предстанет он перед ответом в том числе за то, какие речи он говорил и сдерживался от запретного Аллахом.

О важности благой речи в хадисах Посланника Аллаха (мир ему) сказано:

1. «Тот, кто верит в Аллаха и в Судный день пусть говорит только доброе или молчит».

2. «Послушайте, я расскажу вам самый простой и легкий вид богослужения — это молчание и хороший нрав».

3. «Тому, кто решит оставить спор, будучи правым, построят дом на самом высоком месте в Раю; а тому, кто оставит спор, будучи неправым, построят дом в окрестностях Рая».

4. «Не спорь со своим братом, не насмехайся над ним и не давай ему обещаний, которые ты не выполнишь».

5. «Не станет полной вера раба, пока не откажется он ото лжи в шутках и от споров, даже если будет говорить правду».

6. «Не впал в заблуждение народ, после того, как Всевышний наставил его на истинный путь, кроме как из-за ссор».

7. «Тот, кто много говорит, часто ошибается; у того, кто часто ошибается, возрастают грехи; а тот, у кого много грехов, обречен на огонь».

8. «Всевышний покрывает недостатки того, кто сдерживает свой язык, и не наказывает того, кто сдерживает свой гнев, и принимает жалобы того, кто к Нему обращается».

9. «Накорми голодного, напои жаждущего, стремись к добру и избегай зла; а если не можешь, то сдерживай свой язык от всех слов, кроме добрых».

10. «Поистине, язык мумина позади его сердца; когда он хочет что-либо сказать, вначале обдумает. А язык лицемера впереди его сердца; когда желает что-либо сказать, то не обдумывает это сердцем».

11. «Не усовершенствуется вера человека, пока не усовершенствуется его сердце; и не усовершенствуется его сердце, пока не усовершенствуется его язык; и не войдет человек в Рай, пока не убережется сосед от его вреда».

Братья и сестры: откуда столько вражды?

Есть тысячи причин, по которым ребенок может недолюбливать своего брата или сестру… Но почему, став взрослым, он продолжает испытывать ту же неприязнь?

  • Зависть и ревность неизбежно составляют часть детских взаимоотношений в семьях с несколькими детьми.
  • Чтобы свести на нет агрессию между братьями и сестрами, необходимо признать ее существование и позволить ей найти свое выражение.
  • Разница в уровне и образе жизни во взрослом возрасте может обострить враждебность, пережитую в детстве.

Конфликты между братьями и сестрами, как правило, заканчиваются в отрочестве. «После нескольких лет яростного выяснения отношений дети наконец получают шанс стать друг для друга настоящими братьями и сестрами, — утверждает детский психотерапевт Марсель Руфо. — Когда младший только вступает в подростковый возраст, а старший, например, переживает его расцвет, их сближение облегчается. Они лучше понимают друг друга, потому что каждый теперь знает, что такое страдание, и поддерживает другого в борьбе со взрослыми за свои права. Объединяет их и осознание того, что у них есть общее семейное прошлое…»

Тем не менее иногда конфликты продолжаются и в зрелом возрасте. Они могут вновь вспыхнуть во время споров по телефону, семейных обедов или даже при случайной встрече, причем братья и сестры начинают нападать друг на друга с такой яростью, словно они до сих пор по-настоящему не повзрослели. Почему же некоторые из нас никак не могут «зарыть топор войны»?

Все детские обиды и переживания хранятся в нашем бессознательном. Малейший повод — и мы вновь переживаем зависть, злость, ненависть. Особенно трудно тем, кто страдал в детстве, а став взрослым, продолжает жить в мире детских обид, упрямо отказываясь расстаться с ними, понять и простить, а значит, измениться. Вот несколько типичных ситуаций, которые обрекают нас на многолетнюю взаимную неприязнь.

«Моему брату вообще не надо было рождаться!»

«Я возненавидела брата сразу, как только мама вернулась с ним из роддома, — вспоминает 38-летняя Елена. — Мне тогда было два года, но я помню, как его положили в мою кроватку и как я закричала: «Моя бай-бай, хочу мою бай-бай, уберите его!» Я негодовала, я не понимала, зачем «это» сюда принесли. С тех пор мне так и не удалось его полюбить…»

«Мы вряд ли можем точно помнить то, что происходило с нами в столь раннем возрасте, — комментирует психотерапевт Екатерина Михайлова. — Скорее всего, родители Елены не раз пересказывали эту историю, превратив ее в функциональный семейный миф, и тем самым более или менее осознанно привнесли враждебность в отношения между двумя детьми».

Действительно, так ли уж обязательно было укладывать «новенького» сына в кроватку дочери? Девочка восприняла это как прямое сообщение: он займет твое место. Что, с ее точки зрения, позже и произошло!

«Ребенок не может позволить себе осознанно ненавидеть мать, — продолжает Екатерина Михайлова. — А вот не любить брата — хотя сам по себе он ни в чем не виноват — хоть и нехорошо, но все же возможно».

Это кажется парадоксальным, но соперничество между детьми устраивает некоторых родителей: это позволяет им ощущать свою исключительную родительскую власть, а также. продолжать сводить счеты с собственными братьями и сестрами.

«Невольно культивируя соперничество между своими детьми, они застревают в собственном прошлом, — говорит Екатерина Михайлова. — Говоря сыну или дочери «Вот каково быть старшим (младшим)!», они пытаются разделить с детьми свою боль и горечь, часто не отдавая себе отчета в том, насколько жестоко поступают».

В многодетных семьях, где детей четверо-пятеро, у каждого есть свое четко определенное место, и они реже соперничают. «Даже когда детей трое, накал страстей уже несколько меньше, — уточняет Екатерина Михайлова. — Рождение третьего меняет отношения между первыми двумя: в прятки играть лучше с Васей, а рисовать интересней с Маней, а иногда они оба меня игнорируют… Тема «ненависти» все-таки чаще возникает, когда детей двое».

«У моего брата было больше шансов»

В «Исповеди» Блаженный Августин описывает смятение маленького мальчика при виде младшего брата, припавшего к груди матери. Понимая, что сам он уже слишком большой, чтобы питаться грудным молоком, ребенок тем не менее об этом мечтает и завидует блаженству брата.

«Желать — значит желать другого», — утверждал психоаналитик Жак Лакан. Мы часто желаем чужую вещь не потому, что она нам нравится, а потому, что другой желает ее и обладает ею. Таким образом, зависть и ревность в детских отношениях братьев и сестер оказываются неизбежны.

Разница в уровне и образе жизни обостряет все то, что не ладилось в детских отношениях

Шансы и дальше ненавидеть друг друга возрастают в том случае, если мы, ослепленные завистью и неспособные отказаться от своих претензий, никак не можем нащупать наши собственные желания, нашу собственную жизнь. Когда нам это не удается, мы начинаем обвинять сестру или брата в том, что именно он(а) лишил(а) нас причитающегося нам счастья и помешал(а) преуспеть в жизни.

Разница в уровне и образе жизни обостряет все то, что не ладилось в детских отношениях. Так, 29-летняя Александра была потрясена, не получив приглашения на свадьбу своей младшей сестры — из-за того, что «она могла бы произвести неблагоприятное впечатление на гостей», как заявила новобрачная.

Когда отношения достигают такого градуса враждебности, перспектива примирения кажется весьма утопичной. Даже в том случае, когда отсутствуют такие по-настоящему исключительные обстоятельства, как предательство, нарушение данного слова.

Первое братство, первое убийство

Первенец Адама и Евы Каин убил своего младшего брата Авеля. Имя Каин стало нарицательным, обозначая человека, который из зависти готов пойти на преступление.

Если ребенок ненавидит своего брата или сестру вплоть до того, что желает им смерти, то в этом, безусловно, виновата мать — так считает психоаналитик Даниэль Сибони, по-новому прочитывая библейскую историю о Каине и Авеле.

Мать связала все свои чаяния со старшим сыном, вскричав при его рождении: «Приобрела я человека от Господа». Он — ее «главный ребенок», а Авель не представляет для нее особого интереса. Тем не менее Каин не может перенести существования брата. Ведь он полагал, что ему суждено быть «всем» не только для своей матери, но и для всего мира тоже.

Но, видя Авеля, он понимает, что это на самом деле лишь плод его фантазий. Тогда Каин переходит к действию: Авель погибает от руки брата. Но не все каины — убийцы, как правило, они просто полны ненависти, которую с садизмом вымещают на брате. Это ведь тоже способ помешать его существованию!

«Моя сестра всегда была любимицей»

«Родители всегда беспокоились лишь о моей сестре — и когда она в детстве много болела, и сейчас, когда их «бедной детке» уже за 30 и она великолепно себя чувствует, абсолютно безразличная ко всем и к ним в частности, — негодует 37-летняя Ирина. — Они полагают, что я сама способна справиться с любой ситуацией, и даже не догадываются о том, сколько горечи и печали в моей жизни и как мне нелегко одной».

Слова «Подумай немного о своей сестре (брате)» воспринимаются как «Она (он) больше, чем ты, нуждается в любви и защите». Это трудно вынести ребенку, непросто принять и когда становишься взрослым: такая установка родителей обесценивает наше существование. И так же, как в детстве, мы чувствуем, что нас не понимают, не признают, не ценят.

«Но никто из детей не может точно знать мотивы избирательной любви родителей, — уточняет Екатерина Михайлова. — Ведь вполне вероятно, что младшая сестра Ирины — «бедняжка» лишь потому, что ее рождение стало, например, попыткой сохранить распадающийся брак между родителями. Так что в каком-то смысле многолетние разговоры о «бедняжке» — на самом деле призыв родителей к нам о помощи: ты сильная(ый), молодая(ой), помоги нам.

«Меня принуждали любить моего брата»

Рождение младшего, как правило, не вызывает эйфории у старшего. В лучшем случае он ощущает примерно следующее: «Мне нравится мой брат (сестра), но мне также нравилось, когда у папы и мамы был только я». Но родителей не может удовлетворить такое отношение к новорожденному, они хотят, чтобы между детьми с самого начала установились близкие отношения.

«Когда родилась сестра, — вспоминает 31-летний Валерий, — бабушка первым делом у меня спросила: «Ты любишь Мусю?» Мне было девять лет, и я удивился: «Как я могу любить того, кого я еще даже не видел?» Когда домашние поняли, что я вовсе не в восторге от Мусечки, они стали со мной разговаривать холодно и враждебно, как будто я их обидел. В ответ я замкнулся, отдалился, и со временем вся семья махнула на меня рукой. Сейчас мы с сестрой встречаемся только на днях рождения родителей, шлем SMS друг другу на наши дни рождения — и только».

Модели взаимоотношений между детьми очень устойчивы. «Если бы родители Валерия не стали его заставлять любить сестру, все могло сложиться по-другому, — полагает семейный терапевт Александр Черников. — Запрещая детям открыто выражать то, что они чувствуют, родители добиваются обратного результата: появляются скрытые конфликты, ревность, зависть и враждебность. И наоборот, когда они понимают и уважают чувства каждого, детям легче справиться с переживаниями и освободиться от своих обид».

«У нас нет ничего общего»

«С братом у нас разница в десять лет, — пишет на форуме нашего сайта 34-летняя Инга. — Нам не о чем говорить друг с другом: воспитывали нас по-разному: меня — в строгости, а его баловали».

Смотрите так же:  Долги по кредитам в наследство

Враждебность между детьми максимальна, когда возрастной промежуток у братьев и сестер примерно от двух до четырех лет. «У старших детей еще немного сил, чтобы справляться со своими естественными негативными эмоциями — завистью, агрессивностью и тревожностью, которые у них вызывает появление в доме соперника, — комментирует Александр Черников. — При разнице больше четырех лет агрессии в отношениях меньше, за исключением случаев, когда родители откровенно выделяют кого-то из детей или, наоборот, намеренно выказывают «одинаковую» любовь».

По мнению наших экспертов, любить своих детей «одинаково» невозможно, да и не нужно: они действительно разные — по возрасту, характеру и интересам, и каждому из них нужно дать то, что в данный момент требуется именно ему, чтобы у него была возможность жить и расти. Если каждый из братьев и сестер получает от родителей свою долю принятия и признания, отношения между ними тоже будут строиться на принятии и уважении друг к другу.

Потеря родителей обостряет давние конфликты

«Мы с сестрами — погодки, жили дружно, никогда не ссорились всерьез, и наша жизнь, казалось, сложилась неплохо, — рассказывает 39-летний Владислав. — Когда умер отец, а через полгода и мама, я узнал, что мои младшие сестры… подали в суд, оспаривая завещание, так как считали, что я не имею права претендовать на свою часть наследства. Я был в шоке».

«Смерть родителей — важный этап в отношениях между братьями и сестрами, — объясняет Александр Черников. — Если после этого события взрослые дети становятся более сплоченными, значит, скорее всего, взаимоотношения в семье строились на любви, уважении и приязни друг к другу и ни у кого из них не было серьезных тайных обид и претензий.

И наоборот, все, что братья и сестры не смогли принять и простить, обостряется после смерти родителей: они чувствуют непреодолимую неприязнь друг к другу, предъявляют бесконечные взаимные претензии и годами делят унаследованное имущество».

20 причин, по которым другие вас ни в грош не ставят

Вам хочется всем угодить. Вы всегда быстро прощаете обидчика. Вам важнее отдавать, только тогда вам кажется, что вы чего-то стоите. Вы очень хороший человек, даже слишком хороший. Но почему тогда окружающие этого не ценят? Блогер Дженна Райан рассуждает о том, почему нас не уважают.

Новый мир: чего хотят 20-летние?

Мы часто критикуем их за беспечность, лень, инфантилизм, необразованность, отсутствие ценностей, слишком комфортное существование. А как видят себя они сами — те, кому сейчас 16-26 лет? Каким будет будущее, когда его станут определять эти люди? Об этом — наше «расследование».

Лучшие статусы про брата

На нашем сайте собраны лучшие статусы про брата. Читаем, улыбаемся, а может даже и думаем!

Самый родной человек на Земле – мой братик.

Брат без сестры – это тело без души!

Брат – это не временное понятие, временное – это ваши ссоры с ним!

Старший брат – это папа, который не только расскажет, но и покажет на практике!

Когда у тебя есть старший брат, это ужасно, потому что ты всегда знаешь, как ты будешь одет через полгода. — Дмитрий Романов.

Что на свете самое прекрасное и самое страшное? Брат в радости и брат в печали.

Тебе не кажется, брат, что у нас с тобой одна жизнь на двоих?

Порой думаешь, что самое важное в жизни – это помочь брату вырасти добрым и отзывчивым.

— Почему ты такой противный?! — Я твой старший брат, быть противным и бессердечным входит в мои обязанности. — Ночь живых мертвецов.

Я могу чувствовать, что ты мне брат, даже если между нами нет кровного родства. — Эрик-Эмманюэль Шмитт.

Так плохо, когда взрослеют братья и начинают жить отдельно… С кем же теперь спорить на счёт мытья посуды?

— А мой брат скоро жениться! -Ну невеста хоть красивая? -Не страшная очень, но он с неё пылинки сдувает! -Фу, она ещё и пыльная!

Куплю подарочек для брата, и пусть потрачу всю зарплату – мне ничего не жаль для брата!

Все удивляются, почему я такая заботливая и внимательная. Просто у меня есть брат.

Мои запросы очень просты: хочу такого же умного и хозяйственного мужа, как папа, и такого же красивого и сильного, как мой брат!

Брат сестре:- Ты почему плачешь? — Я лук резала…- А ну-ка, скажи мне номер этого Чипполино!

— С возрастом ничего не меняется, – подумала она. – Младший брат может дожить до ста лет, но всегда будет младшим братом. — Джордж Мартин.

Я не брошу тебя никогда! Буду рядом с тобою всегда! Я в беде не оставлю, клянусь! Ты мой брат, и я этим горжусь!

Не сомневайся, что придёт расплата, Когда пойдёшь войною ты на брата. Родство — великий божий дар, Должно быть человеку свято!

Брат — это такой человек, который ничего не требуя взамен, будет любить и оберегать тебя, потому, что ты его Сестра!

Привычка спорить разрушает жизнь

— Слушай брат, как так получается, что когда с женой поспорю, она всегда оказывается права. Все женщины какие-то правильные, они и развиваются быстрее нас, и чистоплотней, и вообще всегда правы. Научи меня, как выходить из споров с женой хоть иногда правым, у тебя я вижу, это неплохо получается.

— Брат – это вопрос сложный, не на один разговор. Быстро его не решить, надо постепенно, по этапам. Если терпения наберешься, то все будет получаться. Давай начнем помаленьку.

Иногда прихожу к вам в гости, или вы к нам с женой, и вижу, как ты постоянно или споришь с ней, или нарываешься на спор, при этом все споры, в которых невозможно победить.

— Да не нарываюсь я. Не спорю я — это жена цепляется к словам.

— Ну что ты так нервничаешь, когда идет обычный разговор?

— Да не нервничаю я, а просто высказываю свою точку зрения.

— Ну, а сейчас, если хочешь действительно решить свою проблему, то помолчи некоторое время. Смотри, в течение одной минуты ты два раза спорил со мной. Первый раз сказал, что «не споришь», второй, что «не нервничаешь».

Допустим, сейчас бы начался спор о том, нарываешься ли ты постоянно на споры или нет, и если бы мы этот разговор записывали на диктофон и прослушали запись — ты однозначно в проигрыше. Согласен ведь? Ну, вижу, что согласен. Это у тебя очень грубая ошибка, нарываться на споры, где ты однозначно проиграешь. Эта ошибка у тебя в разговоре очень частая, несколько раз за 5-10 минут. Иногда жена или кто другой хватается за эту глупость и начинают тебя «учить». А потом ты думаешь, «почему я постоянно оказываюсь в споре с женой неправ».

И ладно бы тебя просто «учили», и на этом все заканчивалось. Ты стал надоедать своими спорами уже и жене, и своим коллегам, и даже мне. Ты, наверное, думаешь, что все только о том и мечтают, чтобы найти повод и переспорить тебя? А все наоборот, люди любят тишину.

Спорить надо редко, и только в тех случаях, когда твои позиции в споре сильны, а другого выхода нет.

Ладно, на сегодня хватит о спорах. Знаешь, что корейцы запустили вторую баллистическую ракету?

— Я читал про это. Но они запустили не вторую, а третью ракету, и не баллистическую, а средней дальности.

— Вот я тебя опять поймал.

— В чем, я же только продолжил твою мысль.

— Ты опять спорил со мной. Ты фактически говоришь мне, что я не прав, и начинаешь спорить со мной.

— Но ведь ты же неправ, я всего лишь уточнил.

— Твои «уточнения» мне совершенно не интересны, пойми ты это раз и навсегда. Вот я говорил о Корее, и хотел продолжить про Америку. С точки зрения этого разговора, совершенно неважно, сколько ракет и каких Корея запустила. И так почти всегда. Не только мне, но и в 99 % случаев твои знания и «уточнения» никому не нужны и неинтересны. Они только раздражают и отвлекают от сути разговора.

Стой, не перебивай, удержи свои возражения и помолчи немного. У меня раньше такая же была привычка, как и у тебя — постоянно говорить людям противоположное тому, что они сказали, либо «уточнять» их мысль, поучать. Видимо, эта привычка пришла от родителей к нам обоим. Если еще добавить к этому твой огромный багаж знаний, то получается неприглядная картина. Ты действительно много читаешь и знаешь, а от этого твоя жизнь, при наличии привычки спорить, становится только хуже.

Привычка спорить – эта та привычка, которая может разрушить семью, карьеру, дружеские отношения, даже если во всем остальном ты идеален. Споря, ты делаешь своей жене или друзьям больно, особенно, когда ты действительно больше знаешь и оказываешься «прав». Самое пакостное, что эти обиды жены на тебя не рассасываются, а накапливаются с годами. Через несколько лет любое твое замечание «наоборот» или «уточнение» могут восприниматься взрывом эмоций, либо разводом. А ты будешь думать, какая у тебя жена «нервная», либо друзья изменились.

У меня, как я уже говорил, тоже была привычка говорить наоборот, или «уточнять». Слава богу, жена у меня мудрая и умная, сумела настойчиво и мягко указать мне на эту мою неприглядную «особенность». Несколько месяцев я перерабатывал в себе желания спорить и перебивать людей. Это в корне и сразу изменил о моюсемейную жизнь. В доме стало тихо и уютно, перестала биться посуда, нет криков и часовых споров не из-за чего.

Самое противное в привычке спорить, что ты даже не замечаешь, когда сказал «наоборот», либо «уточнил» мысль. Когда начнешь замечать подобное у себя, то это первый, огромный шаг к успеху. Потом постепенно от них отказывайся.

Через несколько месяцев тебе станет легче жить не только с женой, но и с друзьями и коллегами. Еще раз говорю, с друзьями и на работе привычка спорить не всегда сразу сказывается. В семье все по-другому, вы постоянно вдвоем вместе, и постоянные споры напрягают. «Спорщик» — плохой семьянин, вне зависимости от его других личных качеств.

Убери привычку спорить по поводу и без, и твоя семейная жизнь расцветет, а умение побеждать в споре и не понадобится. Дерзай, брат. А главное запомни, что споришь ты часто от неуверенности в себе.

Кому «Брат», а кому и нет

По случаю 20-летия выхода на экран фильма Алексея Балабанова «Брат» в субботу 17 июня в Москве и Петербурге прошли юбилейные показы фильма, а в Сети в очередной раз развернулась дискуссия о том, чем были и остаются для российского зрителя «Брат» и «Брат-2». О том, почему персонаж Сергея Бодрова оказался настолько привлекательным, рассуждает в «Коммерсанте-Weekend» Юрий Сапрыкин:

Пресловутая формула «Сила в правде» еще не произнесена с экрана, но сила первого «Брата» заключалась именно в ней, в достоверности, в узнавании — да, постсоветское кино наконец нашло фокус и глубину резкости, чтобы передать все, как на самом деле. Магазины, где продают жвачку вперемешку с компакт-дисками, бомжи у костра на кладбище, девицы в косухах на рейве, фиолетовые бандитские спортштаны — «Брата» можно резать на кусочки для визуальной энциклопедии 90-х. Популярность фильма легко измерить по количеству крылатых фраз, и оба «Брата» по этому показателю недалеко отстают от фильмов Рязанова или Гайдая — но про цитаты из «Брата» не получается сказать, что они ушли в народ, скорее они из народа пришли. Балабанов не только нашел точные детали одежды и интерьера, он как будто составил сценарий из мельчайших кубиков коллективного бессознательного. Ему потом много предъявляли за эти фразы, ксенофобские и хамские — но как еще должен говорить в 1997 году человек лет 20 от роду, у которого отец-рецидивист, и сам он только что с войны, и вообще он вылез из ниоткуда. Кирдык вашей Америке, и все тут.

Рассуждения о том, кем был бы сегодня Данила Багров, особенно популярные в связи с конфликтом на Донбассе,— это, как стало принято говорить спустя 20 лет, ни о чем. У Данилы нет ни патриотической, ни революционной, ни классовой сознательности, которая определяла бы его траекторию полета; «свои», которых надо защищать от «чужих», всегда случайны — ими могут оказаться продавец с Апрашки или хоккеист из НХЛ,— и они не всегда так уж рады этой защите. Возможно, главный урок прошедших 20 лет в том, что ни обаяние, ни инстинктивный патриотизм, ни элементарная, на школьном уровне, порядочность еще не делают человека ни героем, ни тем более спасителем страны: пустоту внутри него легко заполнить чем угодно, и проще всего ее заполняет война. Зрители, которые смотрели «Брата» в 97-м, когда у кинотеатра будто рухнула стена, наверняка почувствовали внутри героя это отсутствие, проем — и узнали его в себе. В них как будто было что-то важное, а потом его убрали. И то, что случилось с ними в последующие 20 лет, во многом этим и было предопределено.

Сапрыкин написал к 20-летию «Брата». Я прочел с интересом, но мне кажется он ошибается, опираясь на метафору «пустоты». Как мне запомнилось и тогда, и позже, «Брат» воспринимался — наоборот — как образ наполненности, человеческой конкретности. Данила Багров — «четкий парень» — в том смысле, в каком человек вообще может быть четким в условиях социального распада и аномии. Разумеется, эта «четкость» воспринималась как прямо противоположная идеалистической либеральной картине мира и она содержала в себе различные угрозы, но никакой «пустоты» в ней не было

Фильму «Брат» исполнилось 20 лет, и в ленте многие высказываются об этой самой известной картине Алексея Балабанова. Я смотрел дилогию «Брат» и «Брат-2», наверное, раз 15-20, и знаю эти картины наизусть (остальные фильмы мэтра смотрел меньше — каждый раза по 2-4 — но все их люблю и ценю). Разумеется, нелепо подходить к «Брату» с узколобыми либеральными мерками, требуя от режиссера политкорректности и толерантности тогда, когда в реальной действительности их не было и нет ни на грош. Это все равно как нынешние моралисты, переделавшиеся в православных святош, требуют цензурировать произведения искусства, якобы защищая сограждан от оскорбления их религиозных чувств и воздействия различных пороков. На самом деле (и я много раз об этом писал), «Брат» — это не боевик, не сатира и не криминальный триллер. «Брат» — это современный рыцарский кинороман. Возьмите и перечитайте какого-нибудь «Амадиса Гальского», которому пытался подражать герой Сервантеса, и Вы увидите, что Данила Багров — наш русский Амадис. Он ищет прекрасную даму в каждой встречной и действует по интуиции, не боясь крушить разнообразных чудовищ и вступаться за слабых и оскорбленных. Это фильм о мужестве и решимости, об активном делании вопреки, казалось бы, всем обстоятельствам. Это фильм о том, что один человек может изменить в жизни если не всё, то очень многое. Разумеется, это легенда, но показанная так, что веришь каждому моменту, каждой сцене. И она имеет сильнейший психотерапевтический эффект. «Брат» наполняет силой и уверенностью, дает надежду на выживание. Из современных киногероев с Данилой Багровым можно сравнить разве что Арью Старк из «Игры престолов» — чтобы выжить и состояться ей тоже пришлось на время стать никем и ничем.

На тех, кто посетил юбилейные показы, самое яркое впечатление произвели аплодисменты в зале, раздававшиеся после двух известных цитат.

Смотрите так же:  Эко в ярославле бесплатно кто имеет право

Когда смотрел документалку Джармуша про Stooges, мне как-то особенно запомнились слова Игги — хороший текст песни должен состоять максимум из 25 слов. Оказывается, можно и на русском языке рассказать историю, состоящую на 50% из слова “нормально”.

Отец мне во время первого просмотра “Брата” внушил — все бабы делятся на два типа: “Светка”, алкоголичка с тяжелой (или потенциально тяжелой) судьбой и “Кэт” (то есть понятно тоже).

Вдова Балабанова (она представляла сегодня фильм) — это просто идеал женщины, совершенно заворожен ею.

В зале сидели сплошь интеллигентного вида люди, которые устроили овацию дважды — на фразе “Не брат ты мне, гнида черножопая” и “Скоро всей вашей Америке кирдык”.

Понял, что в 9-10 лет я сам был как Данила Багров, бил по лицу и хватался за подручный тяжелый предмет вообще не думая, а сейчас стал как режиссер Степан — трясусь, схватившись за дверь, даже когда приходится заполнять документы на визу.

Книга Кувшиновой про Балабанова — лучшая творческая биография из всех, что я читал. Рассказать о художнике через его несделанные или незавершенные работы ей удалось гениально.

Кстати, поскольку «Брата» вчера показывали синхронно в Москве и в Питере на Лендоке, есть возможность сравнить.

Москвичи 20 лет спустя массово хлопают на тех же двух заветных местах — на «черножопой гниде» и «кирдыке Америке». А у вас как, дорогие петербуржцы? (Только честно.)

был вчера на юбилейном показе фильма Брат.
после сцены с кавказцами в трамвае
— не брат ты мне, гнида чёрнож..пая — публика аплодировала. подумал
— как же они не видят, что после весной 2014-го россияне и есть эти кавказцы?
как себя вёл покойный Чуркин на заседаниях ООН?
сидит Чуркин, к нему подходят европейцы — точь-в-точь как тот интеллигентный питерский кондуктор — и говорят: верните Крым.
Чуркин — какой Крым? ничего не знаю.
европейцы с недоумением — тогда штраф платите
Чуркин — я инвалид, у меня денег нет.
и так три года по кругу.
три года мир ждёт, когда кто-нибудь подойдёт к коллективному Чуркину покажет оружие и скажет
заплатить штраф.
— ведь это так очевидно — думал я.
потом была сцена, когда Багров убеждённо заявляет французу — кирдык вашей Америке — и публика снова аплодировала​

Слушайте, а ведь это какая-то новая стадия. Такого раньше ж не было.
Аплодисменты в кинотеатре фашистским фразам, бог ты мой.
Хорошие, добрые люди.

Балабанову нужно было снять «Брат» со сценой в трамвае и «Брат-2» с Севастополем и американскими пограничниками хотя бы только для того, чтобы Аркадий Бабченко обвинял русских в фашизме.

А это Россия! И настоящий русский фильм про русских. Ничего более русского в нашем кино еще не было. Так показать русский характер. А он сложный на самом деле. Даже Балабанов, как говорят, рискнул себя изобразить только в образе немца. Но того немца, которого спас русский. И этот русский совсем не Аркадий Бабченко.

Вопросы по поводу этих известных цитат возникают, конечно, не только у Аркадия Бабченко.

Оказывается, в Москве с помпой отметили 20-летие фильма «Брат». Я его случайно посмотрел по ТВ 3-4 года спустя после выхода. И ничего кроме омерзения этот фильм и особенно его главный герой у меня не вызвал. Это одна из гнусных поделок, положивших начало фашизации массового сознания. Понимаю, что актера нельзя отождествлять с играемым персонажем, но все же Кардамонское ущелье — возмездие. Бог не фраер, как выражается губернатор Потомский.

Споры по поводу того, можно ли испытывать симпатию к герою Сергея Бодрова, начались сразу же после выхода фильма: убедиться в этом можно, прочитав подборку критических отзывов 20-летней давности в журнале «Афиша». Вот, например, что писал тогда Даниил Дондурей в «Искусстве кино»:

Фильм, лишенный в своей основе больших амбиций, вдруг стал чуть ли не манифестом нашего новейшего кинематографа (ситуация нынешней идейной и эстетической пустыни не оправдывает явно завышенных оценок). Манифестом, который встречен многими изданиями с восторгом. Декабрьский «Кинопарк»: персонаж Сергея Бодрова-младшего «признали новым национальным героем… Произошло то, чего так ждали от кино: имя главного героя стало нарицательным. Появилось «лицо» у целой армии молодых людей, пытающихся найти себя в большом городе». И от этого, честно говоря, тошно. Какой приятный парень — герой. Чистым взором и с искусствоведческим прищуром он обозревает изумительные постройки Воронихина и Растрелли. Ну, а если убивает каких-то там людей (причем не «черножопых»), так ведь потому только, что они — плохие. К тому же русских, особенно родственников, притесняют, потому и мстит он почти как… чеченец.

Тогдашние споры вспоминает и Сергей Кузнецов:

Все сегодня вспоминают про фильм «Брат». У меня ощущение, что я видел его не 20 лет назад, а типа 20 лет и пять дней — потому что дело было на Кинотавре, а он тогда не длился дольше 15 июня.
Ну, мне фильм понравился, потому что мне показалось, что это очень хорошее независимое кино — типа как для Санданса. Не подражание Тарантино, а вот ровно как надо снимать.
И вот я выхожу из зала и подхожу к коллегам кинокритикам. И молодой коллега Икс говорит, что это все-таки спорный фильм, потому что вот в нем есть элементы ксенофобии (а меня, надо сказать, всегда довольно мало волновала ксенофобия в кино). Ну, ок, спорный — так спорный.
И спускаюсь я по лестнице Летнего театра, а навстречу мне поднимается давняя подруга моих родителей, директор фонда «Холокост» Алла Ефремовна Гербер, которая в восьмидесятые была один из первых людей, которые говорили со мной о кино и водила меня на всякие фильмы. И я ее спрашиваю:
— А вам, Алла Ефремовна, как фильм «Брат»?
(и готовлюсь уже услышать про антисемитизм и ксенофобию — ну, потому что если уж кинокритик Икс, который ни разу не еврей, на эту тему напрягается, то директору фонда «Холокост» сам Б-г велел)
А Алла Гербер мне отвечает:
— Прекрасное кино! Такое точное, замечательно снятое. — и начинает хвалить Балабанова.
Я очень порадовался и решил, что теперь уж точно — нам, евреям, можно к этому фильму относиться с симпатией.
Но, скажем честно, мечты мои не сбылись — независимого кино по образцу американского в России толком так и не возникло (ну, или я перестал смотреть русское кино). И, собственно, сам статус балабановского «Брата» это подчеркивает — кому бы пришло в голову в Штатах отмечать двадцатилетие «Секс, ложь и видео»?
(а про социологический аспект Брата прекрасно написал Юра Сапрыкин в Коммерсанте, мне к этому и добавить нечего)

За прошедшие годы фильм окончательно укрепился в статусе «манифеста поколения», что отчетливо видно и по записям в соцсетях.

Фильм Брат это, конечно, лучшее, что было в русском кино последние лет 30 (комплимент, правда, сомнительный, соревноваться не кем), смотрел его наверное раз двести и, понятно, знаю наизусть. Один хороший знакомый написал, что решил эмигрировать из России в том числе под влиянием Брата, я же под его влиянием в Россию в 1998 году вернулся и ничуть о том не жалею. Впрочем, Россия та куда-то делась теперь. Подсунули, короче, левую копию какую-то. А плей у тебя какая кнопка?

К двадцатилетию фильма «Брат». Некоторые фильмы можно смотреть с любого места любое количество раз. Они как полотна, с которыми ты «на одной волне», как музыка. Назвать могу пожалуй четыре — «Игла», «Криминальное чтиво», «Форрест Гамп» и «Брат». И есть ностальгия по тому Питеру, в который первый раз приехал как раз во времена первого «Брата», с советскими еще кинотеатрами с деревянными креслами, с обшарпанным Ленфильмом. И есть конечно ностальгия по тем друзьям и тем людям с которыми тогда работал. Наверное, это воспоминания о молодости, и «все возможно могло быть иначе».

Я, честно говоря, вообще, не очень понимаю, как можно применительно к фильмам Балабанова употреблять прилагательное «любимые». Трудно любить работу вивисектора. Можно отдавать должное его острому взгляду и умелому владению инструментом. Любить — ну, никак не получится. Балабанов, в какой-то степени, наш Пазолини. Гениальный режиссёр, но никак не попадающий под категорию «любимый».

Знал Бодрова – он одноклассник моего лучшего друга, в университете мы учились в одно время, хотя Сергей там, кажется, нечасто появлялся. В общем, случалось, выпивали, и, кажется, раз снимались в массовке какой-то передачи, которую он вел. Сидели за столиком в баре, пили, слушали, как Бодров и Любимов обсуждали важные вещи. Работа не пыльная.
После премьеры второго «Брата» Сергей приехал в кабак, где мы заседали. Видно, перед этим ему специалисты наговорили обидного. Он был расстроен. Хлопнул рюмку.
— Вам-то хоть понравилось?
— Ну, — начал я.
— Ну, — сказал Илюха, — начнем с того, что фильм мы не смотрели. А так-то, конечно, понравилось. Наверняка гениально.
Потом посмотрели, понравилось, развинтили на цитаты. Как все.
***
«Братьев» — оба, то есть, фильма, модно, конечно, ругать, но за что. Балабанов дважды (!) с предельной точностью попал в десятку, визуализировал массовые представления о себе и стране.
Россия первого «Брата» — добрая и справедливая до невыносимости, втоптанная в грязь, пьет с бомжами на кладбище. Ее терзают кавказцы и те, кто вписался в рынок (иными словами бандиты). Она ждет избавителя. Или не ждет. Там на самом деле не такие уж простые взаимоотношения у России с избавителем.
Избавитель приходит с кара-мультуком и карает всех, кто попадется под руку.
Важный момент – вписавшихся, прижившихся можно истреблять. Их не жалко. («Если человек полное говно, то его можно завалить, Господь не осудит», — говорит один эпизодический герой другому в еще одном великом фильме о тех временах, «Москве» Зельдовича-Сорокина).
Собственно, с этим багажом молодой и перспективный премьер Путин стал президентом.
И появилась другая Россия – которая хотела видеть себя сильной, наглой, всепобеждающей, но справедливой до невыносимости, разумеется. Народ захотел стать народом-победителем (это важная идеологема, кстати, достойная отдельного эссе).
Второй «Брат» был совсем плоской игрой на этих ожиданиях. Собственно, с этим багажом мудрый и опытный премьер Путин стал президентом. В третий раз. С этим и живем.
И нет уже Балабанова, чтобы рассказать всем интересующимся, включая Путина, что положить в дорожную сумку, чтобы стать президентом еще раз. Хотя это, в общем, уже и не важно.
***
Первый «Брат» — большой фильм, в нем эпоха, ее цвет, ее запах. Он, конечно, сложнее примитивной схемы, изложенной выше. Ну, заметим хотя бы, что Россия в «Брате» — это немец. То есть вот буквально немец. Смотрю его иногда, если натыкаюсь в ночи на кабельных каналах. Наша эпоха вторгается в ту, другую, тоже нашу, кстати. Видел вариант, где из знаменитой сцены с кавказцами и контролером реплику Данилы про гнид просто вырезали.
Второй пересматривать не могу. Теперь неинтересно.

К обсуждению фильма «Брат» Балабанова. Я просто хочу намекнуть. Говорят, фильм пропагандирует насилие и восхваляет главного персонажа; конечно, это обвинения зеркала. По-моему, достаточно обратить внимание вот на что. В том мире бабла и насилия, в котором живёт этот Данила, ему встречаются два человека, которые живут не так как все, не по этим законам — Света и Немец. В финале он приходит к ним, — и они не берут его деньги. Он уходит от них один, не получив от этого города ничего. «Тебе же убить ничего не стоит. Не люблю я тебя», — говорит Света. И он уходит. Всё это не имеет отношения к восхвалению или воспеванию.

Я бы добавил, что Балабанов вообще хорошо чувствовал дух эпохи. Я помню, как после премьеры Груза 200 (по-моему, это на Кинотавре было), мы с ним выпили, и я спросил, был ли этот покойник метафорой Союза. Он так хитро посмотрел, и сказал, что во всех его фильмах как зритель понял, так и правильно. Для «Братьев» это втройне так.

Перечитываю биографию Балабанова Марии Кувшиновой, книга 2015 года. Ничего такого в Братьях у Балабанова нет. Его всегда забавляли критики, которые находили смыслы и значения, их в его фильмах не было. Прошло 20 лет, а некоторые умники все продолжают копать и искать сложное там, где все просто.

Устроили двадцатилетие фильма «Брат», это спровоцировало дискуссию, политизированную текущим моментом (сейчас даже вопросы языкознания очень быстро приводят к Путину и Гитлеру, что тут поделаешь).

Мне же кажется, публика напрасно относится к «Брату» серьёзней, чем режиссёр и продюсер, у которых на тот момент была основная задача — в условиях провалившегося проката сделать малобюджетное, но коммерческое кино. И задача была выполнена.

Сам его не мог досмотреть и до половины, так было скучно.

Балабановский «брат» действительно натворил дел, но не так уж много, и вообще, его не было на свете. Что гораздо хуже, он стал символом поколения, которое, в массе своей, как раз уже непосредственно ни в кого не стреляло, но впитало в себя, затвердило определенные уроки этого персонажа. И ксенофобия, безусловно, не худший из них.

Сторонники «русского реванша», в свою очередь, заново оценили «Брат-2».

Смотрите так же:  Сколько платят налог за машину инвалиды

По поводу двадцатилетия фильма «Брат» пересмотрел обе части. Первая — до сих пор берет за душу. И звуковой ряд. Мурашки, абсолютная ностальгия.

Вторая поразила как провидческая. И Крым вернули, и за Севастополь украинцы ответили, и американцам показали.

Поразительно, как точно оба фильма отразили общественные настроения, задавшие вектор развития страны на десятилетия.

Роковым образом и Бодров и Балабанов ушли трагически и преждевременно. Как будто отторгает наша родина таланты, не терпит.

В связи с юбилеем фильма «Брат» пересмотрел оба фильма. Первый, безусловно, шедевр нашего кино, о котором сказано и написано так много, что нечего добавить. Просто очень точный, тонкий и дорогой фильм. Но сегодня, именно сегодня особенно актуален и важен «Брат 2». Я поразился тому, как гениальный А. Балабанов предвидел разделение нашего общества, отношение к Украине и США, русским ценностям, справедливости, праву и правде. Пересмотрите! Удивительно, какими новыми смыслами наполнился фильм!
Sapienti sat!!

«Брат-2» это концентрация идей и настроений короткой бурной эпохи между ельцинской дерьмократией и путинским регулярным государством. Крайними точками эпохи я бы обозначил дефолт в начале и дело НТВ в конце (стало понятно что вопрос будет решать государство). Центральным событием была конечно косовская война и, как выражались либероиды, «антинатовская истерия». А содержанием была безумная надежда на русский реванш, причем не как государства, а как народа в его самодеятельности.

Ключевое слово было «Я сам». Примаков «сам» развернул самолет над Атлантикой. Десантнички «сами» (как тогда верилось) совершили бросок на Приштину. Путин «сам» решил взять ответственность за вторую чеченскую. Если бы тогда какой-нибудь майор сам поднял в воздух бомбер и зафигачил ядерным боеприпасом по Америке или хоть по Ичкерии — никто бы не удивился, а большая часть аплодировала бы.

Данила Богров был именно такой машиной Самосудного дня. Совершенной, почти лишенной слабостей, но при этом справедливой карающей машиной.

Он воплощал все желания нации, что имелись на тот момент. А мечта была довольно скромной: чтобы богатый американец вернул нанятым им русским украденные у них деньги, признал со слезами, что сила в олицетворенной русским правде. Ну и чтобы все вынужденные заниматься проституцией русские вернулись домой. Ах да, еще они у нас за Севастополь ответят.

Балабанов с невероятным совершенством воплотил эту жажду ответного удара (старшее поколение помнит такую рекламу «Явы» как раз в 1999 году — я тогда предупреждал советолога Биллингтона, что эта реклама им ничего хорошего не сулит). Фильм идеален по сценарию, интонации, визуальным решениям, кастингу. Он был свободен от главного порока всего постсоветского кинематографа — замах на стобаксов удар на крышку от газировки. К тому соотношению цена-качество никто даже близко не подошел.

Людей игравших в том фильме и вообще имевших к нему какое-то отношение я до сих пор считаю кем-то вроде полубогов. Когда в 2007 году мы начинали работать с Демидовым, он был для меня не человеком, ведшим «Музобоз», — мало ли у кого какой обоз, — а человеком сыгравшим в Брате-2.

Балабанов создал новый подкластер русского языка и фольклора, не знаю актуальный ли до сих пор, но в свое он был всеобщим. Помню как в 2003 я и Крылов зачем-то потащились к Галковскому, а тот, когда мне позвонила жена, начал истошно орать: «Девчеееенки!». Если пройтись по фильму с карандашиком, то наверное не афоризмами останутся только технические реплики.

Не буду делать вид, что мне нравится то, что делал Балабанов потом. Мне и «Брат-1-то не нравится, по сути это все равно улучшенная перестроечная социальная драма, заунывная и слезовыжимательная. «Брат-2» это был другой уровень, это было метакино. Это как если бы Тарантино на его творческом пике сказали, что он снимает последний фильм.

Балабанова боженька поцеловал в макушку, чтобы он довел до экстаза русскую национальную утопию: «Разобраться самим». И тут нужно четко осознать три вещи. Первая — это утопия. Вторая, — несмотря на эту утопичность, русскому человеку надо освободиться от страха перед тем чтобы разобраться самому. Третье, — разбираться самому надо в команде. Бен, ай нид хелп.

Могла ли ниша «документа эпохи» достаться другому фильму и какой фильм точнее всего отражает нынешнюю эпоху – сейчас можно только гадать.

1987 год — «Асса» Сергея Соловьева (премьера 1988 год).

1997 год — «Брат» Балабанова и Данила Багров.

2007 год — «Александра» с Галиной Вишневской в главной роли.

2017 год — «Нелюбовь» Андрея Звягинцева.

В седьмые года рождаются фильмы эпохи. На смену Бананану приходит Багров, на смену Багрову русская женщина в Чечне, ну а теперь нелюбовь.

Да, 2007 год это еще великолепный фильм «Изгнание» Звягинцева с Лавроненко в главной роли.

И символичный рубеж эпох — 1999-2000 год. В итоге в стране «Сибирский цирюльник» победил «Брата 2».

Вообще по кино можно историю изучать, я бы в школьную программу его внес.

Давным-давно в России с интервалом в год вышли два фильма, которые многие называли фашистскими: «Брат» и «Окраина».
Трудно в двух словах объяснить, почему, но эти фильмы кажутся мне антиподами.
«Брат» с самого начала вызывал у меня отвращение, а его широкая популярность в народе внесла свой вклад в моё решение уехать.
«Окраину» я сразу полюбил и очень люблю до сих пор.
По-моему именно «Окраина» — единственный русский аналог Тарантино. Если бы она, а не «Брат», стала истинно народным фильмом, Россия была бы совершенно другой страной.

А пока в «либеральном сегменте» Фейсбука спорят о том, допустимо ли любить фильм «Брат», сегмент «патриотический» поглощен литературоведческой дискуссией, которая началась с легкой руки Владимира Путина, предположившего, что строки «Прощай, немытая Россия» написал не Лермонтов.

В ленте много комментариев к двадцатилетию выхода «Брата». Имеется в виду именно первый фильм. Как и следовало ожидать, нашлось множество блюстителей политкорректности, обвиняющих картину Балабанова в национализме, фашизме и прочих страшилках. Демонстрируется полное непонимание исторического контекста фильма и того, что художник может быть отстранённым. В момент своего выхода «Брат» находился в полном противоречии с доминировавшей пропагандой. Выглядело это как прямой вызов, инверсия, «контркультура». Помню, я впервые посмотрел «Брата» совершенно случайно ночью по ТВ и был удивлён его смелостью в постсоветском дискурсе на тот период. Это же был не малотиражный листок радикальной организации, а целый фильм. Очень точный и нужный в то время фильм. Обвинения Балабанова в каком-то природном шовинизме беспочвенны. Напомню, что впоследствии он снял «Груз 200» и «Кочегара» за которых его уже обвиняли в лютой русофобии.
«Либеральные» и «патриотические» цензоры копируют друг друга. На днях вновь прошла волна публикаций, «доказывающих»,что стихотворение «Прощай, немытая России» написал не Лермонтов. Как же нужно не понимать Лермонтова, его стиль и саму Россию, чтобы утверждать такое.